Могут сутки стоять в дозоре,
Плыть на лодке в бушующем море,
В цель любую попадут
И никогда не подведут.
Могут сутки стоять в дозоре,
Плыть на лодке в бушующем море,
В цель любую попадут
И никогда не подведут.
Он идёт в одной пилотке,
Остальное отдал тётке.
И батон наперевес —
Как устанет, так и ест.
Праздник, который всегда с тобой —
Это отбой.
Не зря говорит народ:
«Солдат спит, а служба идёт».
Ты за маму съешь одну,
Ты за папу съешь одну.
Ещё одну — за старшину,
Ну, и за полковника —
Не менее половника!
Это вот сам я,
А это вот мама моя.
Мы будем служить вместе с нею,
Я один ничего не умею.
Если бы один воин мог выстоять против целой армии... К сожалению, это никому не под силу...
Кэтран пробормотала что-то себе под нос, однако светлее от этого не стало. Послышался ехидный смешок Ланса. Кэтран разозлилась и повторила попытку. Да так усердно и с такими оборотами, что ее команда на всякий случай отползла в сторону — от греха подальше.
Создание армии, охватывающей все мужское население большой страны, — это задача гигантских масштабов. Победоносные союзники установили для германской армии предельную численность в сто тысяч человек и воспретили всеобщую воинскую повинность. Поэтому эта армия стала тем ядром, из которого предстояло при благоприятном случае вновь сформировать многомиллионную армию. Сто тысяч бойцов представляли собой сто тысяч командиров.
и никогда не унывай -
быть может, к счастью сквозь невзгоды
тебя везут не пароходы,
а просто старенький трамвай...