Мы будем заниматься всеми видами дурачества: будем валять дурака, дурачить друг друга, мы будем дурачиться даже тогда, когда другие дураки будут бояться по-дурачески придуриваться.
— Я уже пригласил его на множество ужинов, на множество вегетарианских ужинов... А секса у нас всё ещё не было.
— Может, он думает, что находится в «Джейн Остин»?
— Как встреча с родителями?
— Ужас. Мама пела колыбельную.
— Только ты можешь рассказать, про колыбельную так, словно это какие-то пытки.
Я обещаю, что не буду смеяться над тобой из-за того, что ты собирался уехать на год, чтобы разобраться в себе, а вернулся через неделю из-за того, что «Кит-Кат» там не такой, как здесь.
— Этот отвратительный бургер – часть моего плана стать известной певицей и погибнуть как Курт Кобейн и Эми Венгаузе в возрасте двадцати семи лет.
— Сколько тебе?
— Сорок пять.
— Хм, еще не поздно мечтать.
— Та мне двадцать шесть.
— Отлично. У тебя еще есть время.
— У меня постоянная усталость и слабость.
— Это, конечно, вряд ли связано с тем, что вам 102 года...
— Обычно он силён как бык!
— 102-х летний бык...
— У него покалывает в ногах. Я хочу полный набор анализов.
— Радио-углеродный тоже?
— Если он не входит в страховку, плачу наличными!
— Господа коммерсанты, музыканты, балетоманты!
— Не балетоманты, а балотоманы.
— Балетоманы, музыканы...
Cлайд с цитатой