Оставаться в живых – непростая работа,
Оставаясь в живых, что-то даришь взамен...
Оставаться в живых – непростая работа,
Оставаясь в живых, что-то даришь взамен...
Когда мой поезд отправится в путь —
Электрический след по осенней высокой траве —
Я нареку его именем Ртуть,
И расскажу обо всем, что гуляет в моей голове.
И о том, как же страшно бывает в моей голове.
Боги, как странно, как мучительно страшно,
Поверь мне, Меркурий, исключительно важно,
Чтобы мы не свернули, ибо много опасных там стрелок, поверь —
В моей дурной голове.
Из-под кожи горят неостывшие руны,
Выбирать не приходится – кто чем богат;
Арфа рвется из рук, расплетаются струны,
Недопрожитый день не пуская в закат,
Только я не успеваю к тебе,
Я не успеваю к тебе,
Но не просыпаюсь и не понимаю,
Что я не попадаю к тебе...
Если б не было так мучительно нужно полной грудью вдохнуть,
Ребром зацепить резонанс золотого гула апреля,
Я не рвался бы так в небо и, может быть, вообще забыл про весну,
Я б ее выключил, точно лампочку на приборной панели.
Это очень важно, чтобы между тобой и всем остальным миром было стекло. Плоский экран. Если стекло есть, всё О’к. Можешь считать, что жизнь – это просто кино. Если нет, приходится признать, что творящаяся на свете задница имеет какое-то отношение к тебе… Какое-то очень серьёзное отношение.
Все при дворе имеют гордость, и все — фигуры в игре. Во многих играх сразу — одни игры связаны с убийством, другие — со страстью, — но лишь одна игра имеет значение в конечном счете, а все другие — лишь часть ее.
Женщин великое множество, у каждой свои пристрастия и предпочтения, но единственное, что идет всем без исключения, это любовь!
Тело не хочет умирать никогда, как бы того не желал сам человек и чтобы он для этого не делал.