Храбрится буян, угрожая,
Но тщетно его хвастовство,
И, кроме свирепого лая,
Не жди от него ничего.
Храбрится буян, угрожая,
Но тщетно его хвастовство,
И, кроме свирепого лая,
Не жди от него ничего.
— Отдайте Утреда и остальные выживут. Мне нужен только Убийца данов.
— А получишь, Хэстин, только мой меч поглубже в мохнатый зад!
В переулке полутемном. Страх клыки вонзил в тебя.
Парни в черном — сила, несомненно.
Волчий взгляд и страх, по венам Кровь бежит едва-едва...
Этот странный паралич, хлещет нервы жёсткий бич.
Процедура этой стаи. Давит словно пресс,
Размывает суть и смысл мгновенно.
Всё, что говорила мама: нужно добрым быть и славным...
Только что ответит добрый пленный?
Есть два вида глупцов:
Одни бросают начатое дело, почувствовав угрозу.
Другие считают, что угрозами сами сумеют чего-либо добиться.
— [Замечает крутящегося возле зеркала Скота] Кто присматривает за этой девчонкой? [Посмеивается]
— [Оборачивается] Вы только что назвали меня девчонкой?
— Вы?!. Вы Эрик Макнолли! Вы играли за «Лифс»! Вы классно играли... До того, как получили травму... Теперь вы на телевидении...
— [С угрозой] Я всё ещё в форме.
Я пишу тебе, мерзкий хан!
Мой гонец был зарезан тобой в степи,
И летишь ты от крови пьян,
Все сжигая дотла на своем пути.
Знаю, знаю, чему ты рад,
Что за крики и стоны корёжат степь -
Это жжешь ты мой стольный град,
Сея ужас и смерть.
За поруганных жён, за убитых детей,
За святыни, что в злобе швырял под коней -
Не сносить тебе головы!
ИДУ НА ВЫ!
— Я буду говорить только с вашими главарями.
— Ты будешь говорить или со мной, или с Калашниковым.