Если у тебя нет ориентиров, ты не веришь никому, а если не веришь, не можешь любить.
– Ну, вот и Холл.
– Высади в центре. Приятно было познакомиться.
– Знакомства не было.
– А я тебя уже знаю.
– Да, ну?
– Я выставила ноги, задрала юбку, а ты не взглянул… ни на секунду.
– Ну и что из этого?
– На пальце кольца нет. Сколько тебе? Тридцать? Сорок? Ты педик.
– Ну, вот и Холл.
– Высади в центре. Приятно было познакомиться.
– Знакомства не было.
– А я тебя уже знаю.
– Да, ну?
– Я выставила ноги, задрала юбку, а ты не взглянул… ни на секунду.
– Ну и что из этого?
– На пальце кольца нет. Сколько тебе? Тридцать? Сорок? Ты педик.
Не верь дневному свету,
Не верь звезде ночей,
Не верь, что правда где-то,
Но верь любви моей.
Атеизм не повод для извинений. Напротив, им нужно гордиться, высоко держать голову, потому что атеизм практически всегда свидетельствует о независимом, здравом рассудке, или даже о здоровом рассудке.
Я дала Генри эту книгу, чтобы у него было что-то, что должно быть у всех — надежда. Вера в то, что счастливый конец хотя бы возможен — это большая сила.
Вера — это тебе не кайф, вера — продукт страданий многих поколений, над верой трудиться надо тысячелетиями и ежедневно.
Cлайд с цитатой