— Я думал, философ — это тот, кто высказывает идеи.
— Совершенно верно. Но при этом у философа столько разных идей...
— Но философ должен остановиться на одной из них и верить в неё.
— Нет, так делает не философ, а дурак.
У вас когда-нибудь кружилась голова от высоты? Вызывает страх не пустота, нет, мы боимся притяжения этой пустоты, боимся внезапного желания прыгнуть.
Вот она, беда молодости: единственное число. Вы убеждены, что на свете есть только одна женщина и только одна мораль.
— Будем заниматься любовью всю ночь.
— А потом?
— А утром мы предадимся ещё более сладостному занятию...
— Какому же, интересно?
— Мы будем беседовать!
Ах, эти любовные обещания! Так и вижу эту первую клятву, которую дают друг другу два существа из плоти и крови... Все преходяще в них самих и вокруг них, — а они дают друг другу вечные клятвы, полагая свои сердца неподвластными никаким превратностям.
Все мы рождаемся, едим, кишки у нас приходят в негодность, и мы подыхаем. Никто не пытается стать бессмертным ради самой идеи.
Если бы философы строили свои дворцы из кирпичей, а не из слов, их сажали бы за профнепригодность после первой же кладки, потому что сила тяжести сразу вступала бы с ними в диалог. Но слова – это такие кирпичи, которые будут тысячу лет висеть в воздухе в любом месте, куда их воткнешь, поэтому дурить окружающих можно очень долго…
Cлайд с цитатой