В борьбе идей чаще всего побеждает тот, кто их вовремя меняет.
Польза от противников несомненна: они утверждают нас в вере, что без них мы бы осуществили свои идеалы.
В борьбе идей чаще всего побеждает тот, кто их вовремя меняет.
Польза от противников несомненна: они утверждают нас в вере, что без них мы бы осуществили свои идеалы.
Братство нельзя истребить потому, что оно не организация в обычном смысле. Оно не скреплено ничем, кроме идеи, идея же неистребима.
I'm not alone, I'm not alone
Who am I kidding? I'm sad, no ideas coming
It's driving me mad and I'm fighting it.
Братство нельзя истребить потому, что оно не организация в обычном смысле. Оно не скреплено ничем, кроме идеи, идея же неистребима.
Как здорово не думать о тебе...
Не ждать, что ты опять меня обманешь,
И не бояться, что одну оставишь
Как оставлял, противоборствовать беде.
Как хорошо покинуть вечный бой,
С тобой, с самой собой за наши чувства,
Быть вместе вопреки — это искусство,
Но я борьбу меняю на покой.
Как важно вдруг однажды осознать,
Что сохранить любовь в непостоянном мире,
Мы можем лишь сплотившись и в четыре
руки с ним неустанно воевать.
Поэтому прощай, «любимый враг»,
Ты не умел и не хотел за нас бороться,
И своё место под твоим холодным солнцем,
Я уступаю поднимая белый флаг.
Когда пишешь историю, тема рождается из внешних обстоятельств, на которые я изо всех сил пытаюсь дать ответ, поэтому читатель самостоятельно для себя решает, что ему извлечь из произведения. Поэтому месседжа и нет. Однако, не то чтобы мне совершенно не хотелось ничего сказать. Рисуя неделю за неделей, каждый раз я добавляю от себя несколько слов. «В этот раз давай тоже сделаем всё классно».
Никогда не выступай против тех, кто хуже тебя. С такими тебе не справиться. Такие всегда сильнее. Если уж ты и должен против кого-то выступить, то пусть это будет тот, кто лучше тебя. Такой с тобой не справится, такие не умеют побеждать тех, кто хуже их.
Как многим другим, ему пришлось убедиться, что у него есть всего две-три идеи и что небольшой сборник статей, только что в пятидесятый раз изданный в Германии, содержит, в сущности, квинтэссенцию всего, что он знает и думает.