Вражда (Feud)

Все это в конце концов, Джоани. Вы знаете, мы, люди шоу-бизнеса, знаете, весь тот гнев, который мы чувствуем от того, что нас не любили... вот почему мы в этом деле в первую очередь... все слезы и крики и ярость, все это исчезает. Общественность, по большей части, помнит только хороший материал. Работу. И всю радость, которую мы им принесли. Поверьте мне, все страдания будут стоить того.

0.00

Другие цитаты по теме

— Каково это — быть самой красивой женщиной в мире?

— Прекрасно. Самое прекрасное чувство, которое можно представить. Но его всегда было мало.

Вражда не основывается на ненависти, лишь на боли, только на боли.

Эти стихи, наверное, последние,

Человек имеет право перед смертью высказаться,

Поэтому мне ничего больше не совестно.

И так до скончания века — убийство будет порождать убийство, и всё во имя права и чести и мира, пока боги не устанут от крови и не создадут породу людей, которые научатся наконец понимать друг друга.

Юность была из чёрно-белых полос,

Я, вот только белых не вспомнил.

These are the wonders of the younger.

Why we just leave it all behind

And I wonder

How we can all go back

Right now.

Мечтать, надеяться, стремиться к чему-то... Это просто, пока ты веришь в то, что у тебя всё получится.

— Одно я знаю точно — все кошмары

приводят к морю.

— К морю?

— К огромной раковине в горьких отголосках,

где эхо выкликает имена -

и все поочерёдно исчезают.

И ты идёшь один... из тени в сон,

от сна — к рыданью,

из рыданья — в эхо...

И остаётся эхо.

— Лишь оно?

— Мне показалось: мир — одно лишь эхо,

а человек — какой-то всхлип...

С утра работа. Вечером диван и выключенный черный телевизор.

Они наступают — мы наступаем. Мы отважно сражаемся, чтобы увидеть проблеск света в этой нескончаемой войне... хоть на мгновение. Война — это целый мир, а мир охвачен войной, где за каждым прицелом стоит человек. И эти люди — мы. Прожжённые жизнью и наивные, честные и преступники. Мы созданы для легенд, но не войдём в историю. Мы — небесные рыцари. Мы — пустынные призраки. Мы — траншейные крысы. И это наши истории.