— Мы с ним заключили сделку.
— Считайте это первым уроком реального мира — сделки отменяются.
— Мы с ним заключили сделку.
— Считайте это первым уроком реального мира — сделки отменяются.
— Мисс МакАфи, я Майк Росс, работаю с Харви.
— О, вы тот самый протеже, которого он расхваливал.
— Расхваливал?
— Он упомянул о Вашем существовании, для Харви — это высшая похвала.
— Сперва заполни бумаги. Там всего две страницы. Заполни и принеси мне. Я вон там сижу. Стол с дюжиной фигурок Дэдпула. Не осуждай... Фильм-то шикарный!
— Знаю, я три раза его смотрел!
— Ты что, шутишь?
— Конечно, просто я очень хочу здесь работать!
Мне хорошо с бродягами, потому что я сам бродяга. Я не люблю законы, правила, религию и мораль. Я не позволю обществу перекраивать меня по-своему.
Люди на дне рыщут во тьме,
Они готовы жрать друг друга,
Лишь бы продлить дикую жизнь,
Урвать себе кусок.
Свой среди них, жадных и злых,
Ты в той же стае мчишь по кругу,
С ними ползёшь закону под нож,
Как раб, а не пророк!
— Злишься на меня?
— Нет, убить хочу!
— Отлично, потому что если злишься, значит, не паникуешь.
Жизнь становится довольно легко контролировать, когда вы исключите все социальные законы и будете применять лишь законы нашей реальность, ведь они являются не только законами, но и манерами поведения.
— Слушай, быть адвокатом — это как быть доктором.
— Ты имеешь в виду приёмы эмоционального дистанцирования от клиентов?
— Нет, я имею в виду — дави, пока не станет больно.
Жизнь и в лучшем-то случае — жестокая, бесчеловечная, холодная и безжалостная борьба, и одно из орудий этой борьбы — буква закона.