Они душу ломают... Это больнее — когда душу грязными руками...
И наши души — коридорами для пришлой боли всех людей. Мы плачем полночью за шторами, мы память людных площадей времен тоски, времен отчаянья, не достучавшейся весны, времен утробного молчания всей изувеченной страны.
Я лежу вытянувшись, неподвижно; я вижу только пустоту, я двигаюсь в пустоте. Я не ощущаю даже боли. Всё поглощается отравленным сомнением моей души. Душа эта подобна Мёртвому морю, через которое не может перелететь птица.
Боль и радость всегда идут рука об руку. В жизни нельзя без боли. И единственный выход — «подружиться», смириться с ней, «проглотить» то, чего не исправить. Понять, что впереди — путь твоего отца, деда, матери, бабушки, всего рода человеческого, путь миллионов. Всё страдали, и я страдаю и буду страдать. Важно только, с каким результатом, что получится из наших страданий. Важно, чтобы страдания были не напрасны, а полезны для души. А просто плакать от боли — это тупик. Страдание должно приводить к чему-то прекрасному, к любви и близости с окружающими.
Она сама нарочно растравляет свою рану, чувствуя в этом какую-то потребность, — потребность отчаяния, страданий...
Самые тяжкие страдания незаметны — рыдания в углу, разрывание на себе одежды. Нет, хуже всего, когда твоя душа плачет, и что бы ты ни делал, её невозможно утешить. Её часть чахнет и становится шрамом на той части твоей души, что выжила.
Cлайд с цитатой