Для демократии коррупция в точности тоже самое что и смазка для мотора. У неё тошнотворный запах, она грязная. Но без неё не обойтись.
Народовластие от демократии очень сильно отличается. Фундаментально! Народовластие — это власть большинства, а демократия — это власть меньшинства.
Комиссар, я вовсе не проиграл. И знаете почему? Потому что те, кто управляет и решает — они со мной... Потому что все заодно. Весь мир... Мы — те, кто приказывает. Те, кто стоит над всем. В конечном счете, и над теми законами со всеми их статьями, которые вы так рьяно защищаете. Крупные финансисты, крупные преступники, государственные чиновники — все вместе. Это власть.
Некоторые, когда их хватают за руку, сразу отбывают за рубеж. Что им социальный мир в стране, дружба народов, национальная и религиозная терпимость? Они — граждане мира, их родина там, где их банковский счет. Любые разговоры о социальной справедливости они считают «отрыжкой совка». Россия для них — вахтовый посёлок, в котором надо всего лишь «нарубить капусты», и поболе, пока доверчивые аборигены не спохватились.
Демократические выборы являются лишь условно целесообразным средством для безусловно верной цели (отбор лучших). Если такая цель и такое средство сталкиваются, то условное средство должно уступить безусловной цели. Требование, чтобы правили лучшие, относится к самому естеству, к самой идее государства; строй, при котором у власти водворятся худшие, будет жизненно обречён и рухнет рано или поздно, с большим или меньшим позором.
Премьером стал Примаков, человек вполне понятный: мидак, гэбэшник, профи-интриган. В экономике ничего не понимает, демократия для него — просто слово, которое принято употреблять для обозначения… Уж точно не для обозначения разумного устройства общества. Может, вражеской идеологии?
— Откатай пальчики с этой посудины и сравни.
— Без проблем. Заходи завтра, после обеда.
— А пораньше можно?
— Серёж, ты что, не видишь — я зашиваюсь! Ты что!?
— А взятка ускорит дело?
— И не стыдно?.. Советский человек... служишь в органах.... Ну конечно, ускорит!
— Приятно иметь дело с «оборотнем в погонах».
«Управляя пустотой» – мрачное название, выбранное Питером Майром для книги, к работе над которой он приступил в конце 2007 года. Еще яснее автор выразил свое беспокойство в подзаголовке: «Размывание западной демократии».
Майр намеревался развить идею о снижении массового политического участия в устойчивых европейских демократиях и прослеживая процессы уклонения и отстранения в Европейском союзе и в остальном мире. «Размывание демократии стало очень распространенным явлением, – напишет он в заявке на книгу, – явлением, оказавшимся наиболее заметным после окончания холодной войны». Оно «свойственно большинству развитых демократий и уже очевидно проявляется во многих новых посткоммунистических демократиях. В странах Европы оно сопровождается и ускоряется ростом полномочий намеренно деполитизированных институтов ЕС. Но этот процесс также выявляется за пределами Европы и особенно в Северной Америке».
В центре внимания Майра был концепт политической партии как носителя социальных интересов, как организатора гражданского участия и политического управления, в его формах, развивающихся от массовых партий эпохи всеобщего избирательного права до «картельных» партий последнего времени. Его главный тезис звучит как приговор: «Время партийных демократий прошло», – пишет он в самом начале «Введения», а с ними ушло в историю то, что ранее мы знали как демократическое правительство.
Это очень серьезное заявление
Принцип народоправства, проведенный до его логического конца, означает то, что нация вручает свои судьбы в руки людей, во-первых, явно некультурных, во-вторых, явно некомпетентных, в-третьих, считающих себя и культурными и компетентными.
Cлайд с цитатой