Демократия — это злоупотребление статистикой.
Государство сильно сознательностью масс. Противоположность со слабостью государства, я думаю, вы в состоянии продолжить сами, в примерах из истории.
Демократия — это злоупотребление статистикой.
Государство сильно сознательностью масс. Противоположность со слабостью государства, я думаю, вы в состоянии продолжить сами, в примерах из истории.
Не надо слишком очаровываться настоящим, которое мы измеряем сутками и сотнями листков бесчисленных календарей, своими целями и свершениями, — оно то самое настоящее, черту которого мы переступаем каждое утро, перед тем, как проснуться, и каждую ночь, перед тем как заснуть.
Лучше быть императорским солдатом или младшим дворцовым слугой, чем военнообязанным насквозь демократичного режима или уборщиком в здании парламента. Легче жить по туманным обычаям и ритуалам тысячелетней давности, трактуя их как только угодно, чем устанавливать и выполнять справедливые законы, устаревающие на следующий день после подписания.
— Почему ты продолжаешь улыбаться, несмотря на ту боль, что я тебе причинил?!
— Кто не боится плакать — может улыбаться.
Обильные слёзы юности — избыток влаги, переполняющей сердце. Старческие же слёзы — последние капли жизни, падающие из-под век, жалкий остаток сил в немощном теле. Слёзы на глазах молодости подобны каплям росы на лепестках розы. Слёзы на щеке старости напоминают пожелтевшие листья осени, уносимые ветром с приближением зимы жизни.
Прекрасен рот. Но в логовище рта
Беда для человека заперта.
Язык его таит и зло и грех.
Молчанье — вот сокровище для всех!
Но коли речь не можешь устеречь.
Так пусть добром твоя блистает речь.
Слова любви — как золото зари...
Такое, если можешь, говори!
Но слово зла скатится с языка,—
Гони его, как беркут бирюка!
Окружающим легко сказать: «Не принимай близко к сердцу». Откуда им знать, какова глубина твоего сердца? И где для него — близко?