Законы светского общества таковы, что об этих сплетнях знали все, кроме заинтересованных лиц.
Люди с твердым характером не знают ни ревности, ни страха, ведь ревность — это сомнение, а страх — малодушие.
Законы светского общества таковы, что об этих сплетнях знали все, кроме заинтересованных лиц.
Люди с твердым характером не знают ни ревности, ни страха, ведь ревность — это сомнение, а страх — малодушие.
Развесьте уши. К вам пришла молва.
А кто из вас не ловит жадно слухов?
Я быстро мчусь с востока на закат,
И лошадью в пути мне служит ветер.
Во все концы земли я разношу
Известья о делах земного шара.
Я сшила плащ себе из языков,
Чтоб ими лгать на всех наречьях мира.
Нет выдумки такой и клеветы,
Которой я б ушей не засорила.
Надо быть очень несчастным, чтобы возбудить жалость, очень слабым, чтобы вызвать симпатию, очень мрачным с виду, чтобы дрогнули сердца...
— Это ж наш сердцеед. Говорят тебе свидетельница прямо на улице отсосала? Датч, ты покоритель сердец.
— Вот больные. Ей просто стало плохо и я её стал успокаивать.
— Мы? Слушай, это не к нам полезли в штаны, посреди улицы, на месте преступления. только не рассказывай мне про разные стадии горя: отторжение; злость; минет. Если вам одиноко звоните девять один один и спросите детектива Большой Шланг.
У любящей женщины сердце всегда полно надежд; чтобы убить их, нужен не один удар кинжалом, она любит до последней капли крови.