Чего нет – не потеряешь.
Всё лучшее от горя хорошеет,
И та любовь, что сожжена дотла,
Ещё пышней цветёт и зеленеет.
Так после всех бесчисленных утрат
Во много раз я более богат.
Чего нет – не потеряешь.
Всё лучшее от горя хорошеет,
И та любовь, что сожжена дотла,
Ещё пышней цветёт и зеленеет.
Так после всех бесчисленных утрат
Во много раз я более богат.
... жизнь — это утраты. Постепенно уходили люди, и все больше пустого пространства образовывалось вокруг нас. (...) Это знаете какое чувство? Как будто черные дырки вокруг тебя образуются. Вот ничего нету. Места ушедших людей не заполняются. Они так и остаются пустотами, и очень странно и страшно жить с этими черными пустотами вокруг тебя.
Дорогая, я вечно буду тебя любить, ты просто создана для меня, но мне хочется спать и с другими женщинами тоже. Тебе это невыносимо слушать, хотя невыносима на самом деле ты сама: ведь ты отрицаешь сущность моей мужественности. В том, что я сплю с другими, нет ничего страшного, только хватит выспрашивать у меня детали и читать мои мэйлы. Ты вольна поступать так же, я тебе не запрещаю, наоборот, меня возбуждает мысль о том, что тебя добиваются другие, потому что, как и все мужики, я подавленный гомик. Твоя ревность настолько реакционна, что ты являешь собой прямое доказательство провала сексуальной революции. Ты рада воспользоваться завоеваниями феминизма, но тебе подавай в то же время и реставрацию супружеской пары по старинке. Ты меня не любишь: ты хочешь прибрать меня к рукам, а это разные вещи. Если бы ты меня любила, как ты уверяешь, тебе бы хотелось, чтобы я постоянно получал удовольствие, с тобой и без тебя, как я тебе того желаю — со мной и без меня. Нам придется расстаться по этой идиотской и тем не менее (мое решение тому доказательство) очень важной для меня причине: мне необходимо касаться других тел, чтобы убедиться, что я предпочитаю твое. Прощай, мегера жизни моей, не понимающая, что такое муж. Предлагаю тебе на выбор самоубийство или лесбиянство, другого выхода из твоего пренебрежительного отношения к основам основ мужского естества я не вижу. Посмотри на меня хорошенько: больше ты меня не увидишь. Желая обладать мною, ты потеряла меня.
— Не горюй, — отвечает ему человек, —не бывает разлук, а смерть —это дверь. Мы все одни и те же души на этой земле, только меняем вид. Ты ещё найдёшь того, кого потерял, если не сейчас, то потом.
Могущество государства – в силе гражданского единения. Государство рабов и господ от развала удерживается только армией.
— Уже разобрался?
— Нет. Можно отключить генератор. Так я спасу заложников, но Дево скроется. А затем уже знаешь...
— Я имел в виду, разобрался ли ты, почему ты настолько рехнулся?
— Извини, я просто...
— Просто пытаешься защитить нас. Знаю, уже не первый раз от тебя слышу.
— Вы не готовы к Флэштайму! Пока нет!
— Мы станем готовы, если будешь тренировать.
— К суперскорости за десять часов не привыкнуть! Вы можете там погибнуть!
— Если не возьмёшь нас, мы тоже умрём! Мозги будут стёрты, и всё — для нас это конец.
— Нет, потерять двух лучших друзей по своей вине — вот что для меня конец! Ты считаешь, это стоит риска, но я не смогу себя простить!
— Барри. Не отправляй нас в запас из-за случившегося с ним.
— Ладно, второй психотерапевт мне ни к чему.
— Слушай, мы все кого-то потеряли! Это не даёт тебе права отворачиваться от нас!
— Всё, закрыли тему!
— Думаешь, ты один жалеешь о смерти Ральфа?!
— Ребята...
— Он приходил ко мне в Айрон Хайдс! Он говорил — ему страшно, он не готов! — а я его подталкивал! Переложил на него свою работу! Своё бремя!
— Мы создали тех мет. Мы дали Ральфу силы. Заговорил о бремени? Я всё это заварил! Я выстрелил из базуки, я открыл силу Скорости! Я сделал это не для того, чтобы ты теперь говорил, что снова спасёшь мир в одиночку!
— Я... Я знаю. И я знаю, что время на исходе. Одному мне не справиться! Но... Жизнь всех, кого я учил, стала хуже, чем была до нашей встречи!
— И даже у Ральфа? Даже у него? Ты говорил, что, даже когда некуда отступать и вокруг конец света, за ним всегда остаётся выбор. Выбор быть героем. Этот выбор заслужили и мы! Осталось показать нам, как.
— Вы правда этого хотите?
— Мы разделим твоё бремя.
— Нам сложно воспринимать жизнь такой, какой она есть. Но нужно помнить про вашу любовь, ведь она была настоящей, про заботу Сэма, про то, как он тебя любил, ты была для него всем, в тебе заключался смысл его жизни.
— Мне так одиноко.
— Ты не одинока. У тебя есть работа, ты очень талантлива, ты молодая роскошная женщина.
— Я уже не знаю, что реально, о чем и думать.
— Думай о себе, о том, как вы были вместе и как это было прекрасно.