Умирая, мы, по крайней мере, перестаем противоречить себе.
Только потери остаются нам навсегда.
Умирая, мы, по крайней мере, перестаем противоречить себе.
Они не могли поверить, что умрут. Это как бы, противоречило их мировосприятию Все они думали, что я над ними сжалюсь. Это чудесное мгновение, когда они осознают, что им не жить... Когда их глаза гаснут.
— Некромагия может много. И убить, и поднять мертвого. Может причинить ужасную боль, а может вылечить от нее. Может показать прошлое, и уничтожить будущее…
— Противоречивая, однако. А направление зависит от мага?
— Нет, от ситуации.
Ведь смерть — это не противоположность жизни, это символ самой жизни, ее знамя! Но смерть таит в себе противоречие. Никто из живущих не знает, что это такое — умирать!
В храбрости есть явное противоречие: сильное желание жить, принявшее форму готовности умереть.
Со злом договариваться бессмысленно. Его не получится ублажить. Любая сделка окажется заведомо проигрышной. Уступить им — значит, положить начало бесконечной цепочке смертей и страданий.
Исчезло и скрылось существо, никем не защищённое, никому не дорогое, ни для кого не интересное, даже не обратившее на себя внимание и естество наблюдателя не пропускающего посадить на булавку обыкновенную муху и рассмотреть её под микроскоп .
Она [смерть] всегда пунктуальна и ответственна. Если тикают часики, значит, люди смиренно принимают свою участь.
— Папа, а мама теперь тоже призрак?
— А с чего ты взяла?
— Пират умер — и стал призраком, и мама умерла. Значит, она тоже призрак?!
— Нет... Знаешь, мамы никогда не превращаются в призраков. Никогда! Они поселяются в небе, в очень красивом месте и оттуда на нас смотрят.
Могила, из которой мне пришлось выкапываться идеально отражала состояние моей души: пустота, холод и мрак