Вся грусть земли поручена стихам.
И потому строка моя печальна.
Вся грусть земли поручена стихам.
И потому строка моя печальна.
Растение, умирая, оставляет свою жизнь в семенах.
Поэт, умирая, оставляет свою жизнь в стихах.
Тупице подносить стихов святое зелье —
Что наряжать осла в шелка и ожерелье.
Стоишь и за стихом читаешь пышный стих,
А честь твоя меж тем стекает на пол с них...
Не стыдно ли тебе великое слагать
И славословье лить и в каждом слове лгать?
И вот надменный шах до облака раздут, —
А ты награды ждешь за этот рабский труд?
Не открывай же уст для пошлой суеты,
Не оскорбляй того, кто ищет красоты.
Ведь в шуме слов твоих стиха такого нет,
Чтоб заключались в нем раздумье и совет.
Они ведь рождены во имя серебра!
Так и не жди от них пи света, ни добра.
Ни трепета любви, ни скорби, ни веселья
Не сыщешь ничего в ослином ожерелье.
Всякое стихотворение — это покрывало, растянутое на остриях нескольких слов. Эти слова светятся, как звёзды, из-за них и существует стихотворение.
Моя любимая педаль — тормоз,
Мои любимые цветы — деньги,
Мои любимые стихи — проза,
Мои любимые звуки — тишина...
Коль та, кого желаю, чувством воспылает,
Вручу её сердце сам,
Колени преклоню и дань отдам за то, что принимает,
За то, что соизволит понимать,
Что все мое – её, её на вечность,
На день и бесконечность.
Я губы её буду целовать,
Любви не допустить чтоб быстротечность.
Мы непогоду переждем.
Еще иные дни придут,
Порядок в небе наведут.
Мы пробежимся под дождем,
И смоет он печаль с души.
Растопит солнце
В сердце лед.
Ты огорчаться не спеши, -
Весна в пути,
Она придет.
Суетный мир порой надоедает,
И взглядом обличаешь их.
Гармония души и тела нам необходима,
Дабы убежать от них.
Змей, драконов безобразных,
Монстров, пышущих огнём,
Вот каких уродов разных
Мы, поэты, создаём.
В свете твоем я научился любить.
В красоте твоей — писать стихи.
Ты танцуешь у меня в сердце,
Где никто тебя не найдет.