Комната (Room) (2015)

Другие цитаты по теме

Что ни говори, а человек — существо социальное. К тому же становится легче, если кто-то переживает то же, что и ты. Странно, но когда нам хорошо, когда испытываем чувство влюблённости, нам кажется, это происходит только с нами, и никто ещё не переживал ничего подобного. Когда же и случается что-то плохое, мы бесконечно рады каждому, кто находится в таком же или даже худшем положении. Когда сознаём, что не одиноки в этом мире, сразу становится легче.

Время текло, словно ледяной океан, в котором медленно и неуклюже, как айсберг, ворочалась боль.

А дети, как известно, не ведают, что творят. Дети даже не осознают, что причиняют кому-то боль. У них нет сострадания. Понимаешь?

Когда мы понимаем, что изменились? Когда жизнь становится чужой? Мы хотим быть сильнее, жестче, опаснее. Но каждое из этих качеств приобретается в определённых условиях. Они не появляются из воздуха. Не возникают просто так. Чтобы стать решительным, крепким и рассудительным, нужно пройти через множество испытаний и нужно не только выигрывать, но и терпеть поражения, иначе не будет смысла.

Так действительно ли это хорошо – стать жестоким? Расчётливым? Холодным? Человек становится чёрствым по причине многих обстоятельств, и потом уже не может вновь стать тёплым и доверчивым. Если ты опасен, значит, тебя успели сломать. Значит, тебе было в сотни раз больнее, чем тем, кто тебя окружает. И потому ты научился отличаться от них. Ты стал сильнее лишь оттого, что больше никому не доверяешь и ни в кого не веришь.

Я анатомирую своё чувство, как труп в морге, но от этого моя боль становится в тысячу раз сильнее. Знаю, что в конце концов всё пройдет, но это мне не помогает.

Прорыв дамб был испытанием для жителей города. Те, кто остался — остался по причине. Так у них возникло чувство общности, что бывает во время кризиса. Все мелочи уходят, остаётся всё самое главное, ценное. Больно, когда тебя видят таким незащищенным. Нужно уметь доверять, а многие из нас давно лишились этой способности. Нравится нам это или нет — мы нужны друг другу, притом очень сильно. Моя мать была права: мир небезопасен для такой, как я, но, может, и я небезопасна для мира?.. И раз я не смогу испытать настоящей любви — надо использовать это проклятье себе во благо.

Ты боишься не их боли... а своей, Чарльз... И какой бы страшной она ни была, эта боль сделает тебя сильнее. Если позволишь себе почувствовать ее, если примешь ее, вот тогда эта боль сделает тебя невероятно сильным. Это наш величайший дар — выдерживать их боль, не ломаясь, и он возник из самой большой силы человека — надежды.

Слишком мрачно даже для меня. Нет ничего лучше общества тех, кто страдает ещё сильнее, чем ты. Однако как только ты расстаешься с их страданием, твоё собственное давит на тебя вдвойне, холодное и неумолимое.