— Так, ребята! Перерыв окончен.
— Получи в пятак!
— Жри сталь!
— Увидимся в аду!
— Так, ребята! Перерыв окончен.
— Получи в пятак!
— Жри сталь!
— Увидимся в аду!
— Бублик, бублик, бублик!.. Нейтан?
— Ты... может... хочешь поговорить о случившемся?
— Не очень-то.
— Нас побил мешок с картошкой — такое случается!
— Не ты эти правила придумала, не тебе их отменять.
— Правила придуманы, чтобы их нарушать! Особенно, когда они касаются денег! Особенно моих!
— Всего лишь раз в жизни я оказался беззащитным, а ты просто катком по мне проехался!
— Жалуйся в отдел кадров, старик.
— Я знал, что тебе нет до меня дела!
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
Его рост доходил до ста восьмидесяти пяти сантиметров, и с такой высоты ему легко и удобно было относиться к теще с некоторым пренебрежением.
Двацветок развернул лошадь и рысью поскакал обратно, демонстрируя мастерство верховой езды, типичное для мешка с картошкой.
Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.
Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…
— Я знаю, что нам делать с твоими предвидениями... Знаю, куда с ними ехать.
— Куда же?
— В Вегас!
— Папа, почему мужчины лысые?
— Когда мужчины лысые, у них голова сияет и остается больше места для лица.