Что-то совсем ослаб.
Камень, поросший мхом.
Мне уже не до баб.
Даже не до стихов.
Что-то совсем ослаб.
Камень, поросший мхом.
Мне уже не до баб.
Даже не до стихов.
Устав искать от добра — добра,
отшкрябывать зло от зла,
почуешь, вернувшись к пробам пера,
что юность все же была.
Устав искать от добра — добра,
отшкрябывать зло от зла,
почуешь, вернувшись к пробам пера,
что юность все же была.
На слово длинношеее в конце пришлось три «е», -
Укоротить поэта! — вывод ясен, -
И нож в него! — но счастлив он висеть на острие,
Зарезанный за то, что был опасен!
Две школы — женская, мужская.
Две школы — проза и стихи.
Зачем их разлучать? Не знаю.
Я пел хоралы и хиты.
Классификатор скрупулезный,
поди попробуй разними -
стихами были или прозой
поэтом прожитые дни.
Над деревьями полыхнуло, и с неба упали первые капли. Они были мелкими, осенними, и сильно походили на мою будущую старость.
Если читатель ищет в подлинной поэзии «морали», если он ждет от нее пользы или какой-либо функциональности, то напрасно.
Я с нервными расстройствами знаком,
Как многие из нас — не понаслышке,
Поэтому врезается штыком
Лихое слово в записные книжки.
Есть в этом правда и немного лжи,
Но вряд ли я кого-то объегорил.
Забил я до отказа стеллажи
Пластами сумасшедших аллегорий.
И даже если связан по рукам,
А к щиколоткам прицепили гири,
Вы даже не надейтесь: не отдам
Свои баллады о любви и мире!
И фатум мой давно уже почат,
От резонанса треснула коронка.
Поэтов души точно не молчат,
А если и молчат, то очень громко!
Зима и старость глядят в лицо мне. Не по-людски
смелыми глазами глядят зима и старость:
нужно им испробовать, что там осталось,
на волчий зуб, на зуб уничтожающей тоски.