Но ведь, кроме этой последней, ничтожной, исчезающей, почти несуществующей надежды, у вас ничего нет.
Я словно из камня, я словно надгробный памятник себе, нет даже щёлки для сомнения или веры, для любви или отвращения, для отваги или страха перед чем-то определённым или вообще, — живёт лишь шаткая надежда; бесплодная, как надписи на надгробиях.
То, что он сказал, означало примерно следующее: мы уже не просто приговоренные к смерти, у нас появился крохотный шанс. Вот и все — но сколь же огромна разница между отчаянием и надеждой.
Нет ничего страшнее, чем смесь параноидальных мыслей, глупой надежды и горькой, отчасти ироничной правды.
— Смерть как лучшее лекарство, убийство как первая помощь... — пробормотала она. — Нет. Не хочу опять сначала. Опять все вспоминать... переходить от надежды к...
У каждого из нас свои стены и они тоже ждут, ждут когда ты надежду потеряешь и питаются твоим отчаянием.
Ты пишешь, что в следующем месяце, наверное, приедешь в Прагу. А мне чуть ли не хочется попросить: не приезжай. Оставь мне надежду, что, если когда-нибудь я в крайней нужде попрошу тебя приехать, ты приедешь тотчас, но сейчас лучше не приезжай. Ведь тебе придется опять уехать.
— Циско, понял что меня тут держит? Мне надо вернуться.
— Что? Уходишь? Сейчас?
— Он... Он... Он не поможет мне. Он сломлен. И если Кейтлин работает на Савитара, я должен вернуться, пока мы не лишились её навсегда.
— А что насчет остальных? Ты не хочешь помочь им?
— Я не могу помочь им.
— Стоило догадаться. Что бы я ни делал — ты бросишь всех, кто близок тебе.
— Циско, не в этом дело. Просто я не могу остаться. Но ты этого хочешь. Собрать команду. Не Зеркальный Мастер или Волчок сделали что-то со мной. Это был ты.
— Да.
— Что ты сделал?
— Ты ведь создаешь во время бега резонансное поле. Это — его нарушает. Может сил у меня нет, но в технике я разбираюсь.
— А зачем ты меня держал?
— Я скучаю по другу.
— Циско...
— Я не стану тебя останавливать. Не знаю, почему я думал, что ты будешь тем Барри, которого я помнил. В нём ещё горел огонь.
Даже если поглощает отчаянье, есть ещё одна вещь. Как без света не может быть тени, так и без тени не может быть света. Чем глубже отчаянье, тем сильнее засияет надежда.
Cлайд с цитатой