Мечтала ли я стать патологоанатомом? Не мечтала. Я точно знала, что именно эта профессия — единственное мое призвание. Я обожаю детективную составляющую своей профессии. Вот-вот, и разгадка смерти на поверхности, но нет… За «поворотом» прямой кишки новые улики и подозрения.
Почему, если тебе 32 года, ты не женат и вполне обеспечен, любая Маша считает, что ты можешь составить ей компанию в тернистом жизненном пути? Точнее, она тебе. Я не циник, не мизантроп и не женоненавистник. Просто в какой-то момент обилие женского внимания к моей более чем скромной персоне стало угнетать своим однообразием.
Измена — это искусство, это филигранная игра с психиками других людей. И дай Б-г, чтобы ваша оказалась крепкой и надежной, как швейцарский сейф.
Больно, как же больно даже думать о прошлом… Самые несчастные — это счастливые в прошлом люди. Как же это все пережить? Как? И почему эти душевные ссадины такие болючие? Как будто вывернули кишки наружу и свисают они до самого пола. Отвратительное зрелище и чувство. Время вроде лечит и раны и заблуждения — подождем.
Я вообще философски отношусь ко всему, считая жизнь вечным турне по отелям. Мне нравится мой номер-люкс с кроватью king-size, но привыкать к стенам с репродукциями картин Моне — бессмысленно.
Не втирайте дичь про любовь. Если вы делите постель с двумя людьми, смею вас заверить: любите вы только себя. Ну и секс, конечно же.
Сначала ты думаешь, что это глупая шутка. Потом, в момент, когда все становится очевидным, — ты взрываешься. Не он умер, ты умер, но только жив. Слезы душат так сильно, так сильно! Слезы, слезы, слезы… Их много, очень много. Их никто тебе не вытрет, это бесполезно. С тобой что-то случилось. Надо куда-то ехать, что-то делать, кому-то что-то говорить. Причем в эти моменты кажется, что если ты сделаешь какую-то странную вещь, а-ля пообещаешь больше никогда не курить, к примеру, или ляжешь посреди дороги, в том месте, где человека не стало, и будешь лежать всю ночь — он вернется. Нет, курить ты не бросишь, а полежав на земле — простудишься.
Жизни как таковой нет. Есть только огромное жизненное пространство, на котором вы можете вышивать, как на бесконечном рулоне полотна, всё, что вам угодно. Вам нравится токарный станок? Влюбляйтесь в него! Говорите о нём с волнением, с восторгом, с экстазом, убеждайте себя и других, что он прекрасен! Вам нравится женщина? То же самое. Обожествляйте её! Не думайте о её недостатках! Вам хочется быть моряком? Океаны, синие дали… Делайтесь им! Только со всей верой в эту профессию! И так далее. И вы будете счастливы какое-то время, пока не надоест токарный станок, не обманет женщина, не осточертеет море и вечная вода вокруг. Но всё же вы какое-то время будете счастливы.
Мало-помалу жестокая реальность вторглась в наш идиллический мир. Искусство открывает свои двери лишь избранным. Очень немногие из нас нашли работу, связанную с рисованием. Можно пойти работать учителем рисования, чтобы сохранить лицо, но шанс найти работу был слишком мал, а лист ожидания — чересчур длинный.
— А как тебя зовут?
— Доктор.
— Имя, а не профессия.
— Доктор.
— А фамилия?
— Доктор.
— Ты зовешь себя Доктором?
— Да.
— Это уже не имя, а психическое состояние...
Cлайд с цитатой