Когда-то был счастлив, а счастье так... и ушло.
За счастьем несчастье так грустно, но так и ушло.
И ждать на крылечке уже бесполезно тебя,
Ох, как далеко, далеко, далеко от меня ты...
Когда-то был счастлив, а счастье так... и ушло.
За счастьем несчастье так грустно, но так и ушло.
И ждать на крылечке уже бесполезно тебя,
Ох, как далеко, далеко, далеко от меня ты...
С тобой я готов был бежать на край света,
Но ты изменила сама, ты туда удрала.
Порвалась струна, и теперь моя песенка спета.
И жизни мне нет — вот такие дела.
Я снова на набережной. Моё море. Я знаю, что его считают своим тысячи, если не миллионы. Но оно никому не принадлежит. Дарит такую иллюзию, чтобы нам стало легче, чтобы мы не чувствовали себя одинокими.
Почему бы человеку и не поговорить самому с собой на исходе трудового дня, стоя в полном одиночестве над плещущими волнами? Нет более понимающего собеседника, чем ты сам.
Когда ты одинок — это не значит, что ты слабый. Это значит, ты достаточно сильный, чтобы ждать то, что ты заслуживаешь.
Время от времени одиночество необходимо, но я не забываю, что сказал Стендаль: «Одиночество дает всё, кроме характера». И я не путаю вечерок в одиночестве, за чашкой чая и с хорошими пластинками, с настоящим одиночеством. Тем, которое всем знакомо, от которого не уйти и которое отнюдь не роскошь. Мы рождаемся одни и умираем одни. А в промежутке пытаемся быть не слишком одинокими. Я глубоко убеждена, что все мы в душе одиноки и от этого глубоко несчастны.