Мы чужими друг другу стали,
Подкосился фундамент наш.
На разрушенном пьедестале
Не осталось места для ласк.
Мы ходили кругами долго
И не знали, куда свернуть,
А теперь стоим у порога,
Причиняя друг другу грусть.
Ты наденешь рюкзак на спину
И по лестнице канешь вниз.
На экране конец картины,
А за дверью — другая жизнь.
А ты не покидаешь моих снов.
Прописка в них – обычное явление.
Признайся, в твоей памяти давно
Нет даже тени наших отношений?
Но ты молчишь. Вся правда под замком.
Ни голубей, ни писем, ни привета...
Ты вновь и вновь приходишь в царство снов,
Как будто ко мне нет других билетов.
Это ведь было не для отчёта?
Не для отчёта, верно?
Наши не ставшие общими фото
Крылья ломают об память нервно.
Вспышками страсти,
криком свободы,
жарким объятьем,
огнём в груди —
эти засвеченные эпизоды
всё ещё здесь,
на моём пути.
Это ведь было не для отчёта?
Не для отчёта, верно?..
— Мне было хорошо.
— Правда? БЫЛО хорошо или и сейчас хорошо?.. А если и сейчас хорошо, зачем расставаться?
Именно слабый должен суметь стать сильным и уйти, когда сильный слишком слаб для того, чтобы суметь причинить боль слабому.
Скажите ей, что я ушёл,
И что не смог её дождаться.
Лишь октября зажёг костёр,
Чтобы хоть как-то попрощаться.
Так по-детски игриво,
Я когда-то потерял тебя за твоим гримом
Так по-взрослому боязно
Спрыгивать с уже несущегося поезда.
Так натянуто страшно,
Выбираться из миров твоих многоэтажных.
Так смешно спустя время -
Мы всего лишь друг другу были не теми...
А знаешь, всё ещё будет!
Южный ветер ещё подует,
и весну ещё наколдует,
и память перелистает,
и встретиться нас заставит,
и ещё меня на рассвете
губы твои разбудят.
Понимаешь, всё ещё будет!
В сто концов убегают рельсы,
самолёты уходят в рейсы,
корабли снимаются с якоря…
Если б помнили это люди,
чаще думали бы о чуде,
реже бы люди плакали.
…
Я его не запру безжалостно,
крыльев не искалечу.
Улетаешь?
Лети, пожалуйста...
Знаешь, как отпразднуем
Встречу!
Я не общаюсь с бывшими. Они — часть прошлого. Их нужно сжигать и отправлять их прах Посейдону.
А ты думал — я тоже такая,
Что можно забыть меня,
И что брошусь, моля и рыдая,
Под копыта гнедого коня.
Или стану просить у знахарок
В наговорной воде корешок
И пришлю тебе странный подарок —
Мой заветный душистый платок.
Будь же проклят. Ни стоном, ни взглядом
Окаянной души не коснусь,
Но клянусь тебе ангельским садом,
Чудотворной иконой клянусь
И ночей наших пламенным чадом -
Я к тебе никогда не вернусь.
Cлайд с цитатой