Война без правил, без границ,
В одном потоке жарком кровь и пот,
Хохочет Смерть, сыграв на бис
Каприз, где судьбы вместо нот.
Ah Dieu! que la guerre est jolie
Avec ses chants ses longs loisirs
Cette bague je l’ai polie
Le vent se mêle à vos soupirs
Adieu! voici le boute-selle
Il disparut dans un tournant
Et mourut là-bas tandis qu’elle
Riait au destin surprenant
Порой мы кладем карты и смотрим друг на друга. Тогда кто-нибудь говорит: «Эх, ребята…» или: «А ведь еще немного, и нам всем была бы крышка…» — и мы на минуту умолкаем. Мы отдаемся властному, загнанному внутрь чувству, каждый из нас ощущает его присутствие, слова тут не нужны. Как легко могло бы случиться, что сегодня нам уже не пришлось бы сидеть в этих кабинах, — ведь мы, черт побери, были на волосок от этого. И поэтому все вокруг воспринимается так остро и заново — алые маки и сытная еда, сигареты и летний ветерок.
Кто-то просто тихо умирал; кто-то совершал героические поступки, потом тоже умирал; кто-то до последнего вкалывал на заводе, а когда приходило время, тоже умирал… Кто-то на всем этом жирел, за кусочки хлеба скупал драгоценности, золото, жемчуг, серьги, потом тоже умирал – сводили его вниз к Неве и стреляли, а потом поднимались, ни на кого не глядя, закидывая винтовочки за плоские спины… Кто-то охотился с топором в переулках, ел человечину, пытался даже торговать человечиной, но тоже все равно умирал… Не было в этом городе ничего более обыкновенного, чем смерть.
Есть суровый закон у людей;
Сохранять чистоту несмотря
На войну и на нищету,
Несмотря на грозящую смерть.
— Кто вам только сказал, что Раш — это зло и муки?
— А что, нет?
Таши криво ухмыльнулся:
— Консультация бесплатная. Так вот. Что Четырехликий, что Раш — все они получают энергию от ваших душ. Только по-разному. Четырехликий в свете, Раш — во тьме. Вы просто сомкнете глаза, уснете надолго, а потом проснетесь в чужом теле. И начнете новую жизнь.
— А муки? Боль?
— Дня не бывает без ночи. Все равновесно. И кто сказал, что слепящее солнце лучше, чем уютная ночь?
Даже если ты возненавидишь меня, я всё равно продолжу тебя любить.
И я буду молиться, чтобы моя вторая смерть, как и первая, вновь привела к тебе.
Только тогда я буду знать, что она была не напрасна.
И белые солдаты никуда не спешат
Просто белые солдаты молча знают своё
Просто белые солдаты улыбаются среди войны
Среди обязательной войны.
Твоя любимая, твои друзья, твои кохай и твои сёстры... Они все когда-нибудь умрут... исчезнут... И в конце концов останемся только твоё Величество и я. Неважно, с кем и какими узами ты будешь связан, время разрушит их все.
Как тебе? Твоё Величество не содрогается от одной мысли об этом?
Не знаю, как можно остаться прежним, после всего, что видел. Иногда я просыпаюсь и думаю: «Возможно все. Ты уже не в окопах. У тебя нет винтовки. Ты снова можешь распоряжаться своим временем». Но внутри какая-то тяжесть. Я не верю, что мир стал лучше. Зачем же мы тогда воевали? Есть ли другая причина для того, чтобы вести себя как дикие звери? Я не знаю ответа.
Cлайд с цитатой