Your body is a battleground
And chemicals are scattered round
Your pain nothing but gain to me
Your body is an industry.
Your body is a battleground
And chemicals are scattered round
Your pain nothing but gain to me
Your body is an industry.
— Ни черта в этой болезни доктора не понимают.
— И я так считаю. Я потратил тысячу долларов и всё впустую.
— У вас распухает?
— По утрам. А уж перед дождем — просто мочи нет.
— У меня то же самое. Стоит какому-нибудь паршивому облачку величиной с салфетку тронуться к нам из Флориды и я тут же чувствую его приближение. А если случится идти мимо театра, когда там идёт слезливая мелодрама, например, «Болотные туманы» — сырость так и впивается в плечо, что его начинает дергать, как зуб.
Некоторые женщины, заболев, становятся нежными. Через несколько дней вдруг начинают покрикивать с постели. О! Значит, выздоравливают!
Кто б ни молил, но если ты простишь,
То преступленья новые родишь.
Гниющий член должны отсечь мы смело,
Иль порча вскоре поразит всё тело.
— Я вылечилась?
— Нет. Вы другой человек, которому хочется быть таким же, как все. А это, с моей точки зрения, является опасной болезнью.
— Опасно быть другой?
— Нет. Опасно — пытаться быть такой же, как все: это вызывает неврозы, психозы, паранойю...
Надо проверить на паразитов, вирусы, бактерии, грибки, прионы, радиацию, токсины, химикаты, а может подхватили с порносайтов. Я проверю интернет, а вы все остальное.
— Боишься узнать правду?
— Я боюсь только возможного количества венерических болячек в твоем анализе.
— Очень смешно.
Если пациент страдает смертельным недугом и получает лекарственное лечение, то его смерть будет приписана болезни, независимо от того, что он мог бы дольше оставаться в живых, не получая лечения.