Никогда не сдаваться.
Это стало моим заветом.
Я не стану другой.
И всегда улыбаться, даже если при этом спиной.
Ловишь огонь.
Никогда не сдаваться.
Это стало моим заветом.
Я не стану другой.
И всегда улыбаться, даже если при этом спиной.
Ловишь огонь.
Никогда не сдаваться.
Это стало моим заветом.
Я не стану другой.
И всегда улыбаться, даже если при этом спиной.
Ловишь огонь.
Эти стихи, наверное, последние,
Человек имеет право перед смертью высказаться,
Поэтому мне ничего больше не совестно.
Да... Когда я подумаю, как мы были счастливы, какой большой выигрыш выпал нам в жизни, как мы позволили привычке усыпить себя... Привычке, которая как школьная резинка стирает всё... Да надо было каждую минуту говорить себе: «Какое счастье! Какое счастье! Какое...»
Я готова избавится от этого креста, наливающего свинцом мое молчаливое сердце, без дальних слов. И всё равно, что будет после. Если вообще будет.
— Твоя война закончена.
— Когда мы вместе сражались, это было как в старые времена. Но, думаю, мы оба знали, что всё закончится вот так.
— Ты помнишь ту ночь? Когда ты сказал мне, что Лоис беременна?
— Ты знал. Я даже не успел открыть рот.
— Это хорошее воспоминание.
— Из другой жизни.
— Я скучаю по тем, кем мы были.
— Я тоже.