Эрих Мария Ремарк. Три товарища

Другие цитаты по теме

Самая тяжёлая болезнь мира — мышление! Она неизлечима.

Человек чувствует себя виноватым перед ближним — вот и вся почтительность. Хочет оправдаться за то, что причинил или хотел причинить покойнику при его жизни...

Почтительность! Человек вспоминает о скудном запасце своих добродетелей тогда, когда уже поздно. И приходит в умиление, думая о том, каким он мог быть благородным, и считает себя воплощенной порядочностью.

Мы продолжали молча сидеть рядом. О чем мы еще могли говорить? Мы слишком многое испытали вместе, чтобы стараться утешать друг друга.

Кино — это всегда выход из положения. Там каждый о чём-то может помечтать.

В конце концов люди всегда возвращаются обратно.

Странное чувство испытываешь все-таки в день своего рождения, даже если никакого значения не придаешь ему. Тридцать лет… Было время, когда мне казалось, что я никак не доживу до двадцати, так хотелось поскорее стать взрослым. А потом…

Одевался я медленно. Это позволяло мне ощутить воскресенье.

— Сколько я могу ему уступить?

— Крайняя уступка – две тысячи. Самая крайняя – две тысячи двести. Если нельзя будет никак иначе – две тысячи пятьсот. Если ты увидишь, что перед тобой сумасшедший, – две шестьсот. Но тогда скажи, что мы будем проклинать его веки вечные.

Остаться без работы в сорок пять лет — значит уже нигде не устроиться.

Наивность — не недостаток, а напротив, признак одарённости.