Восьмое чувство (Sense8)

— Когда я впервые оказалась в таком доме в Бомбее, там не было кровати, но был такой же большой телевизор. Скажи, почему телевизор важнее кроватей?

— Все просто. Кровать держит тебя в трущобах. Телевизор дает из них выход.

0.00

Другие цитаты по теме

Смерть не даёт попрощаться, она просто... Вырезает дыры в твоей жизни. В твоём будущем. В твоём сердце.

Юность была из чёрно-белых полос,

Я, вот только белых не вспомнил.

Вспомнил слова старика о страхе: «Есть лишь одна сила, которая его превосходит. Любовь». Слова успокаивали. Вот только как обрести любовь? Если искать ее намеренно, ни за что не найдешь. Так сказал У Май.

— Простите... Я немного увлечен... Но быть осмеянным?

— Но в чём?

— В моей любви.

— Но кем же?

— Вами. Ведь я же не слова... я то, что за словами... Всё то, чем дышится... бросаю наобум... Куда-то в сумрак... в ночь...

После Гоголя, Некрасова и Щедрина совершенно невозможен никакой энтузиазм в России. Мог быть только энтузиазм к разрушению России. Да, если вы станете, захлёбываясь в восторге, цитировать на каждом шагу гнусные типы и прибауточки Щедрина и ругать каждого служащего человека на Руси, в родине, — да и всей ей предрекать провал и проклятие на каждом месте и в каждом часе, то вас тогда назовут «идеалистом-писателем», который пишет «кровью сердца и соком нервов»... Что делать в этом бедламе, как не... скрестив руки — смотреть и ждать.

И мёд покажется горше соли,

слеза — полыни степной не слаще.

И я не знаю сильнее боли,

чем быть живым среди многих спящих...

С утра работа. Вечером диван и выключенный черный телевизор.

От наших шальных утешений — проку

будет не больше земному праху,

чем от шальных попаданий ветра

и пустые карманы одежды ветхой.

Мир изголодавшемуся котенку на пороге,

ибо любви к миру мы преисполнены, -

извлечение из уличной мороки,

сильно смахивающей на преисподнюю.

Игра есть игра, но Граалем смеха

бродит луна по одиноким аллеям

над пустыми сосудами смертного праха.

Побоку похоть, победа, потеха.

Лучше бездомною котенка пожалеем.

Я, конечно, не хочу сказать, что ум и печаль – это гири, которые не позволяют нам воспарить над нашей жизнью. Но, видно, это тяжелое, как ртуть, вещество с годами заполняет пустоты в памяти и в душе.

Те самые пустоты, которые, наполнившись теплой струей воображения, могли бы, подобно воздушному шару, унести нас в просторы холодного весеннего ветра.

— Я не забуду тебя, даже когда мне стукнет сто.

— А по мне сколько стукнет?