Как много невзгод человеку дано:
Мала его радость, а горя — полно.
Как много невзгод человеку дано:
Мала его радость, а горя — полно.
Где взлет — там паденье, где высь — там и спад,
Где радость — там горе, где сладость — там яд!
Говорят, что при виде чужого горя люди чувствуют себя менее несчастными; по мнению Зороастра, дело тут не в себялюбии, а во внутренней потребности. К несчастному человека влечет в таких случаях сходство положений. Радость счастливца была бы оскорбительной, а двое несчастных — как два слабых деревца, которые, опираясь друг на друга, противостоят буре.
Молчанию гробниц мой плач вполне под стать,
Хоть плачу оттого, что не могу молчать.
Мне говорят: «Молчишь, не знаешь, значит, горя».
Нет, горя я хлебнул, да мочи нет кричать.
Все зарождается в несчастье, скорби. Сомнения, вера, сила, борьба, страх... Их корни в горе.
— Ты, Лангара, с детства поклоняешься духам, ублажаешь, молишься на них, так почему же они не оградили тебя от многих несчастий, что пережила ты за свою жизнь?
— Человеку положено много горя и мало радости, — возражает она.
Как часто от короткого слова «да» зависит счастье всей жизни. И часто, слишком часто, такое же короткое «нет» влечет за собой страшное горе.
Спят уже страсти могильными снами.
Что же со мною? Не знаю.
Жадный ли червь изнутри меня точит
или душа моя бредит больная?
Знаю лишь радость я, полную горя,
знаю то горе, что радует, раня,
пламя, которое кормится жизнью,
но без которого жизнь — умиранье.