— У меня был пудель Антон. Такой милый, такой верный.
— Как это понимать?
— От суки можно ожидать только собачьего юмора.
– Вы явно не можете порвать с Джилли Стюарт. Или это еще одно наваждение?
– В своем роде да. Видишь ли, Антон, это нечто вроде ситуации с ядовитой змеей. Ты в безопасности, пока держишь ее. Отпусти ее, и… и ты мертв.
— Где вы научились верховой езде?
— Я научилась этому сама.
— А вы меня превосходите!
— Да, я знаю. И не только в верховой езде.
Обращаясь к Стефани:
— Обещаю, что не перестану драться до тех пор, пока не заставлю вас признать, что я вам ровня. По крайней мере, ровня.
— Мисс Харпер, вот мы и снова встретились!
— Надеюсь, это не войдет у вас в привычку.
— Слишком поздно. Я уже к вам пристрастился.
Я часто бываю не уверен в себе, многого боюсь, ко многому отношусь с осторожностью, и, конечно, юмор мне помогает. Умирать лучше с улыбкой на лице, чем со слезами на глазах.
Юмор похож на насилие. И то, и другое обрушивается на тебя неожиданно — и чем неожиданнее, тем сильнее эффект.
— Сегодня ты бы его все равно не получила, даже если б очень захотела, — ответила Королева. — Правило у меня твердое: варенье на завтра! И только на завтра!
— Но ведь завтра когда-нибудь будет сегодня!
— Нет, никогда! Завтра никогда не бывает сегодня! Разве можно проснуться поутру и сказать: «Ну, вот, сейчас, наконец, завтра»?
— Ничего не понимаю, — протянула Алиса. — Все это так запутано!
— Просто ты не привыкла жить в обратную сторону, — добродушно объяснила
Королева. — Поначалу у всех немного кружится голова…
Cлайд с цитатой