Грусть весомо ляжет на всё, что было,
В мыслях вновь сидишь у костра,
Вспомнила парнишку, чьё отразила
Сердце ты тогда навсегда.
Грусть весомо ляжет на всё, что было,
В мыслях вновь сидишь у костра,
Вспомнила парнишку, чьё отразила
Сердце ты тогда навсегда.
Ничто не изнуряет тело и душу людей так, как изнуряют тоскливые думы. И ослабли люди от дум...
— Время и правда умеет летать. Я надеялся, что оно пролетит медленнее... Время быстро пролетает, независимо от того, хочешь ты удержать его или нет.
— Оно не только пролетает мимо, вместе с тем, время мы никогда не сможем вернуть. Любой почувствует тоску по тому, что уже ушло, но обернется ли эта печаль в нечто, вызывающее жалость или же станет радостным воспоминанием? Полностью зависит от вас.
А если вечно думать только о грустных вещах, то никто на свете не будет иметь права смеяться…
Когда тебе плохо и всё вокруг видится в чёрном цвете, когда у тебя нет будущего и тебе нечего терять, когда каждый миг давит на тебя... Всем своим весом. Невыносимо. И дыхание твоё прерывисто. И ты хочешь во что бы то ни стало избавиться от этой тяжести. Любым способом. Пусть самым простым, самым трусливым, лишь бы снова не откладывать на завтра эту мысль: её нет. Её больше нет. И тогда тебе тоже больше не хочется быть. Хочется исчезнуть.
В раздумьях грустных,
Рвётся мыслей беглых вереница...
Ах, в каком убранстве пышном
Вышла осень на берег реки Намида,
Где листья слёзных клёнов рдеют...
Реальность можно игнорировать – сосредоточиться на музыке в наушниках, на мыслях, на воспоминаниях, да хотя бы просто зажмуриться! И нет никакой этой вашей «реальности». Со сновидениями такая штука не проходит – они внутри тебя, и ты внутри них, не зажмуришься, не отгородишься, не переключишь, как в телевизоре, каналы.
— Скарлетт, вы ничуть, ничуть не изменились с того самого дня, когда был пикник у нас в Двенадцати Дубах. Помню, как вы сидели в окружении молодых людей.
— Той наивной Скарлетт больше нет. И все сложилось не так, как мы рассчитывали, Эшли, совсем не так.
— С той поры мы проделали долгий путь, верно, Скарлетт. О, беспечные деньки... теплые летние сумерки, женские смех, тихие песни негров и уверенность, что это золотое время вечно.
— Нельзя все время оглядываться и жить воспоминаниями, Эшли. От этого душа стонет... и идти вперед невозможно.