Возможно, в мире вообще нет ничего случайного. Возможно, некоторые события происходят, несмотря ни на что. Они записаны в книге судьбы. Подобны стреле, которая выпущена давным-давно и летит сквозь толщу времен, точно зная, где и когда поразит цель.
Случайности, которые сводят нас с людьми, не совпадают со временем, когда мы их полюбим: мы можем столкнуться с этими людьми до того, как все началось, и потом, когда все уже кончено, но первое появление в нашей жизни человека, которого нам позже суждено полюбить, задним числом обретает для нас силу предсказания, предзнаменования.
Энн старательно избегает фильмов о войне, никогда не читает книг с трагическим концом, не смотрит благотворительных передач (особенно телемарафоны «Ради жизни») и лишь изредка включает новости. Когда у ее тети нашли рак, Энн «переключилась» на другой канал. Она терпела лишь абстрактные болезни – у незнакомых людей, второстепенных персонажей. Главные герои всегда поправляются, и даже если происходит самое страшное, их смерть на экране прекрасна, тем более что ее режиссеры – сами умирающие. Они успевают сказать последние мудрые слова, оставить завещание, порадовать напоследок всех, кто им дорог. А когда в мыльной опере кто-нибудь умирает, его почти сразу заменяет новый персонаж.
Только одно остаётся — ждать и уповать на судьбу. Поверь, она лучше нас знает, как надо…
Вот так бежишь по улице — и сталкиваешься с собственной судьбой. В буквальном смысле сталкиваешься.
... страшная высота степени кадоша предполагала и страшные же испытания для ищущего. Одному Богу было ведомо, что могло теперь явиться послу из непроницаемой тьмы глубочайшего подземелья, где бесстрастный поручитель оставил его в одиночестве.
Непоправимая ошибка в возрасте неведения. В этом возрасте выходят замуж, рожают первенца, выбирают профессию. И наступает день, когда узнаешь и постигаешь множество вещей, но уже слишком поздно, ибо вся жизнь была предопределена, в ту пору, когда ни о чём не имеешь понятия.
Ты права, конец истории в книге уже предопределен. Но в нашей жизни мы не читатели, мы писатели. Мы можем изменить концовку, верно?
Cлайд с цитатой