Привыкла к «пределам» человеческая душа и верит, что у страдания есть предел.
Надо говорить правду, независимо от того, кто при этом пострадает.
Привыкла к «пределам» человеческая душа и верит, что у страдания есть предел.
Страдания и ошибки
Пускай тебя не тревожат.
Всюду пути есть прямые
Всюду окольные тоже.
Дело лишь в том, чтобы
Только вперёд идти смело,
Ибо всегда приходишь
К месту, куда б не хотелось.
Выбьют на камне сером
Имя твоё — вот так и
Каждый из нас Одиссеем
Вернётся к своей Итаке.
Я ощущаю близость к создателю, только когда вижу страдание и боль, тогда и открывается подлинный облик мира.
Самое действительное утешение в каждом несчастии и во всяком страдании заключается в созерцании людей, которые ещё несчастнее, чем мы, — а это доступно всякому.
Может быть, Берен прав, и прав был Финрод: предпочесть память о мечте горечи бытия. Тень тени прекрасного — реальному страданию... Но разве сам государь Фелагунд поступил так, сменив блаженство Амана на дорогу во льдах и туманную надежду? Чего было больше в словах Финрода, сказанных старой женщине из Дома Беора — мудрости или собственной горькой тоски?
— Хороших новостей не бывает вообще. Ты когда-нибудь думал, о чем сообщает полная сумма информации мировых масс-медиа?
— Это не так просто сформулировать.
— На самом деле просто, — сказал Аполло. — Она сообщает о непостоянстве и страдании. Мир непостоянен — иначе ни в каких новостях не было бы нужды. А непостоянство и страдание — это практически одно и то же. Одно неизбежно ведет к другому. Даже когда страдание замаскировано под удовольствие от того, что сегодня плохо кому-то другому…
Я думаю, самая главная, самая коренная духовная потребность русского народа есть потребность страдания, всегдашнего и неутолимого, везде и во всём.