Дуайт Эйзенхауэр

Каждое изготовленное ружье, каждый военный корабль, каждая запущенная ракета – это, в конечном итоге, воровство у тех, кто голоден и кто недоедает, у тех, кто мерзнет и неодет. Этот вооруженный мир тратит не только деньги. Он также тратит пот своих тружеников, идеи своих ученых и надежды своих детей.

0.00

Другие цитаты по теме

Единственный способ победить в третьей мировой – предотвратить её.

Эти люди — русские ли, латыши, французы или американцы — жили в наших молодых сердцах, овеянные особой романтикой, а их доблесть и мужество служили примером для подражания.

Отчего-то многие убеждены, что война — это когда окопы, постоянная канонада, героические штыковые атаки и все в таком духе. А на деле это постепенное исчезновение того, что раньше было привычным. Соседний дом, постоянное наличие какого-то продукта в магазине, привычный отдых или привычная работа — все это постепенно меняется. Иногда совсем не трагично. Подумаешь, где-то мост разрушили? Ведь никто из твоих близких не пострадал. А товары могут и через другой перевезти.

И в какой-то момент ты вдруг понимаешь, что живешь в совсем другом городе и совсем по другим правилам.

... никто на свете не любит мир так, как воины, побывавшие в схватке.

You that never done nothing

But build to destroy

You play with my world

Like it's your little toy

Иными словами, если кем-то будет принято решение уничтожить нашу страну, у нас немедленно возникнет законное право осуществить ответ.

Конечно, для человечества это будет глобальная катастрофа. Для планеты это будет глобальная катастрофа тоже. Но я, как гражданин нашей страны и как глава российского государства, в этом случае хочу задать один вопрос: «А зачем нам нужен такой мир, если в нем не будет России?»

Это война и могут быть жертвы. Бездействие тоже убивает, только медленнее.

Страх — удивительное чувство. Он в равной мере может и вызвать войну, и помешать ей.

В такое просто не поверишь, пока своими глазами не увидишь. Солдаты Красной Армии, даже заживо сгорая, продолжали стрелять из полыхавших домов.

У меня был другой, довольно специфический, повод для огорчения: я оставил в комнате на столе авторучку и часы — все свое богатство. Я рассчитывал продать эти предметы, и если бы мне удалось бежать, то на вырученные деньги я сумел бы протянуть несколько дней — до тех пор, пока друзья помогут как-то устроиться.