Она хотела, чтобы я любил все формы её тела,
Я хотел, чтобы она хотя б немного похудела,
Но по ходу дела, не поняв что надо менять
Она все ела и ела.
И доведя до предела свой вес
Невеста стала намекать, что нам пора под венец,
И наконец меня добило последней каплей от неё
Она купила то кружевное белье.
Мечты растаяли как дым,
Я не женюсь молодым,
Мы не умрём в один день,
Не нарожаем детей
Знаешь в чём дело?
Чтоб я любил то,
Что она любила всё, что она хотела.
А ты по центру ночью медленно идёшь.
По лужам.
Машины мимо пролетают.
И никто не нужен.
Она смотрела дальше, чем другие.
Смотрела мимо тех, кто был с ней.
Её глаза были красивей солнца.
Была совсем одна, совсем ничьей.
Она плыла по океану жизни.
Вокруг неё лишь простые слабаки
Кружились.
Она хотела меньше чем другие.
Но почему-то.
Получала всё своё.
Я так хочу, чтоб было небо синее
И если мы такие сильные,
То почему мы плачем по отдельности...
Такой вот парадокс: мы совершаем подвиги для тех, кому до нас нет никакого дела, а любят нас те, кому мы нужны и без всяких подвигов...
... Для них женщина — либо шлюха, которую надо трахать, либо заколдованная принцесса, которую надо спасать. Всегда — некий пассивный объект, предназначенный для достижения мужских целей.
Те, кто прошел через страдания, становятся самыми сострадательными. Они знают, что такое боль, и понимают других.
Cлайд с цитатой