Фазиль Абдулович Искандер

Гляжу я на политиков в тоске.

Все на одной на шахматной доске.

Здесь шахматы, и домино, и шашки.

По фляжке в день и никакой поблажки.

Здесь можно все. Но невозможна личность.

Здесь личность — это, вроде, неприличность.

Здесь понимается без всяких аллегорий.

Что ад и рай — тюрьма и санаторий.

Здесь нет свидетелей разбоя и дележки.

А небо? Небо — средство для бомбежки.

Здесь Юг велит водою подмываться.

А Север что? Бумажкой подтираться.

Мир от войны почти на волоске.

Переполох на шахматной доске.

Спасут, быть может, Запад и Восток:

Две крайности — наждак и кипяток.

0.00

Другие цитаты по теме

— Представляешь, Микаччи застрелили в его же клубе.

— Сегодня?

— Да, пару часов назад. Информацию получили в мое дежурство. Искал тебя, чтобы сообщить.

— Интересно, и кому же было выгодно устранить Микаччи? Есть предположения?

— Похоже, что свои. Черт разберет эти бандитские разборки, сейчас начнется передел.

— Может, это было политическое убийство? Сейчас во всем виновата эта политика.

Политика не обсуждается в ток-шоу. У нас нет причин здесь находиться. Наш голос — это наши действия.

Иран, Куба, Венесуэла — все это крошечные страны по сравнению с Советским Союзом. Они не представляют для нас такой угрозы, какую представлял Советский Союз. И тем не менее мы готовы были вести переговоры с Советским Союзом даже тогда, когда нам говорили: «Да мы вас с лица земли сотрем».

Нет смысла покупать политика до выборов — неизвестно, придет он к власти или нет. Выгодней приобретать уже действующих.

Обычно Киви был бодрым и энергичным. Он достиг своего высокого положения и большого заработка тем, что бодро и энергично всаживал нож в спину многим своим сослуживцам. В банковском деле это сочетание энергичности и предательства называется политической смекалкой.

Парадокс воспитания состоит в том, что хорошо поддаются воспитанию как раз те, которые не нуждаются в воспитании.

Мы выливаем холодный душ опровержений.

Мне очень понравилось одно интервью, когда крупного ученого спросили, не хочет ли он пойти в политику. Он ответил: «Зачем? В политику идут те, кто ничего не умеет делать». Я его понял так, что плохи те люди, которые хотят иметь власть ради власти.

Какой смысл шифровать донесения, если умный противник не сможет разгадать твой шрифт? В итоге ты сам не будешь знать, что твой противник думает о том, что ты думаешь, что он думает.

Я несколько раз слушал его, но не могу сказать, что я буквально, как говорится, погрузился и стал понимать. Но обещаю, что постараюсь в этом направлении что-то сделать.