— Как такая тупая баба могла получить столько власти?
— Она знает правила игры. Тебе бы стоило поучиться.
— Поучиться чему — лизать задницы?
— Политике.
— Ты что-нибудь знаешь про обручальные кольца?
— Да... Обручальные кольца и ядерное деление — мой конек!
— Декс, представь гипотетическую ситуацию... Допустим, гипотетическая девушка и гипотетический парень занялиь сексом.
— Гипотетическим сексом?
— Ты вообще не имеешь права говорить о тех, с кем я встречаюсь, до тех пор, пока пялишь мисс «пардоньте за сиськи»! Извини, Декс, но она вульгарная. И бледная. В Майами не водятся бледные люди. Она вампир, совершенно точно. Вульгарный вампир с английскими сиськами.
— Ты только что описала идеальную женщину.
— Не могу поверить, что он убийца. Удивительно, как просто скрыть от людей свою настояющую сущность.
— Не так уж и просто.
Я не провожу в блоге опросов, пойдете ли вы завтра брать Кремль. Но я вижу, что отношение людей к власти, демократии, знаковым событиям вроде дела Ходорковского меняется. Не нужно относиться к этому пренебрежительно.
Никогда не понимал отношения людей к смерти. Почему бы просто не оставить все как есть?
Власть центрального учреждения должна основываться на нравственном и умственном авторитете.
Феномен в том, что хотя люди ходили в 1990-х на митинги, сформировали свое мнение сначала о Горбачеве, потом о Ельцине и Путине, наблюдали создание и распад партий и партиек, написали много разных слов о качестве Думы, правительства и проблемах общества, и снова походив на митинги в последний год, никто из них — из нас — так и не пожил в условиях сменяемости и выборности власти. А стало быть, и не понимает сколь-либо глубоко, что такое политика.
— Самые страшные убийцы — это те, кто полагает, что жертвы заслуживали такой участи. Главы стран уничтожали целые поколения по тем же самым мотивам.
— Но для убийства все равно не может быть оправдания.
— Нет. Конечно, кроме одного. Спасение невинной жизни.
Cлайд с цитатой