Иосиф Александрович Бродский

Так долго вместе прожили, что снег

коль выпадал, то думалось — навеки,

что, дабы не зажмуривать ей век,

я прикрывал ладонью их, и веки,

не веря, что их пробуют спасти,

метались там, как бабочки в горсти.

6.00

Другие цитаты по теме

... Марк неправильно истолковал ее порыв.

— Если мы предадимся любви прямо сейчас, я никогда об этом не пожалею, — сказал он, сжимая Хадассу в обьятиях, — но об этом пожалеешь ты. Чистота до брака. Разве не об этом гласит один из законов твоего Бога? Религия никогда меня не интересовала. Не интересует и сейчас. Но она важна для тебя, и ради этого я готов ждать. Для меня важно то, что я люблю тебя. И я не хочу, чтобы в наших отношениях было что-то такое, о чем бы мы пожалели.

— Скажи, что я птица.

— Ты птица.

— А теперь скажи, что ты птица.

— Если ты птица, то и я птица.

К какому богу дерзала она взывать? Если бог столь могущественный, чтобы противиться любви? Тщетно прибегает она теперь к помощи извне: ныне я одни властен над её судьбой.

Я хотел бы

Родиться вместе с тобой

Как единое целое,

Но, слава Богу,

Я родился сам по себе,

И поэтому встретил тебя,

И сошлись две отдельные жизни.

Но теперь-то,

О, Господи Боже, когда

Я уже встретил тебя,

И мы стали одним,

Я хотел бы

В час смерти быть вместе с тобой

Как единое целое.

Я любил тебя больше, чем ангелов

и Самого,

и поэтому дальше теперь

от тебя,

чем от них обоих.

Без вас хочу сказать вам много,

При вас я слушать вас хочу,

Но молча вы глядите строго,

И я в смущении молчу...

После того, как ты ушла и мне остался только твой запах, я закрыл окно, чтобы его не выпускать. Я был как пёс, который не может понять, что хозяйка ушла, чтобы вернуться... Когда ты исчезла, я пытался вспомнить твоё лицо, но не смог из-за тоски. Я пытался понять, как мы встретились, кем мы были и когда «ты и я» превратилось в «мы».

Женщина словно скрипка «Страдивари» — требует деликатного подхода, бережного обращения и особого к себе отношения.

Но я-то люблю его. Я любила его многие годы. А любовь не может в одну минуту превратиться в безразличие.