Как-то мне сегодня душно и хмуро.
Сердце ноет, не находит покоя.
Ночью снилось мне кровавое утро
И сгоревшее широкое поле.
Там дети воют, собираются в стаи,
Смотрят в небо как забитые птицы,
Ждут ответа, почему умирают,
Ищут в панике знакомые лица.
Мы не оставим города свои!
Мы обязательно дойдём!
Нас крепко держат руки нашей земли!
Мы свои песни допоём!
... и, покинув людей, я ушёл в тишину,
Как мечта одинок, я мечтами живу,
Позабыв обаянья бесцельных надежд,
Я смотрю на мерцанья сочувственных звёзд.
Есть великое счастье — познав, утаить;
Одному любоваться на грёзы свои;
Безответно твердить откровений слова
И в пустыне следить, как восходит звезда.
По синему морю, к зелёной земле
Плыву я на белом своём корабле.
На белом своём корабле,
На белом своём корабле.
Меня не пугают ни волны, ни ветер, -
Плыву я к единственной маме на свете.
Плыву я сквозь волны и ветер
К единственной маме на свете.
Плыву я сквозь волны и ветер
К единственной маме на свете.
Не поможет вам ни бесчестье, ни измена или отъезд в дальние страны. Вам придется себя убить.
Мы с тобой
такие похожие.
Я думаю о далеком голосе
или о гибком теле.
Этим вечером
мы не вместе.
Меня встречает
остывший ужин,
я слушаю,
как движется время,
оставляя между влюблёнными
глубокий след.
Смешные они, те твои люди. Сбились в кучу и давят друг друга, а места на земле вон сколько... И все работают. Зачем? Кому? Никто не знает. Видишь, как человек пашет, и думаешь: вот он по капле с потом силы свои источит на землю, а потом ляжет в нее и сгниет в ней. Ничего по нем не останется, ничего он не видит с своего поля и умирает, как родился, — дураком... Что ж, — он родился затем, что ли, чтоб поковырять землю, да и умереть, не успев даже могилы самому себе выковырять? Ведома ему воля? Ширь степная понятна? Говор морской волны веселит ему сердце? Он раб — как только родился, всю жизнь раб, и все тут!
Человечество напоминает альтернативный исход фильма-катастрофы: супергероев нет. Мир никто не спас.
Cлайд с цитатой