Виктория Роа

Вот она, сильная, сексуальная, притягательная и желанная, проходит в темную комнату, а в мягком кресле сидит, перекинув ногу на ногу сильный мужчина, который способен на грубость по отношению к женщине. Его глаз не видно, лишь тонкие, искривленные в усмешке губы, аккуратные ладони, сжатые в замок у подбородка и эта ухмылка, которая пробирает не просто до дрожи, а до самых хрупких косточек. Музыка начинает медленно играть, погружая двух в мир самого потаенного. Мир сладкого прикосновения, и доводящего до экстаза проникновения. Она двигает бедрами в такт, поглаживая ладонями обнаженный живот, подымаясь выше и срывая нагрудник, оголяя розовые ореолы, показывая все свое возбуждение. Мужчина хлопает себя по коленкам, и она запрыгивает на них. Ее раскованные плечики заставляют колыхаться пикантную, налитую грудь, но он не может дотронуться до нее. Он ведь клиент, а не ее постельный мужчина.

0.00

Другие цитаты по теме

Мы оба поступаем неправильно. Закрывая глаза, я вижу образ графа де Бюсси, и вместо супруга представляю именно его в моей постели, и вся страсть, которой сейчас меня одаривает муж мой Генрих, лишь плод той мимолетной любви, какую сегодня он испытал к незнакомке Виктории. И хотя сейчас нам так хорошо вдвоем – все это вранье, каким мы кормим друг друга в надежде спастись от той похоти, какая обуздала нас обоих.

Стать его…но не женой…не девушкой…вещью. Я не употребляю слово «любовница», ибо оно эгоистично-меркантильное. Это грязно, но не сексуально.

Оно такое мне не свойственное. Оно такое для меня чужое. Чувство страсти к чужому мужчине. Не моему мужчине. К боссу, но не любовнику. К начальнику, но к моему постельному мужчине.

Вот даже подумать о тебе, Стас. Что ты из себя представляешь? Что кроется под маской порядочного мужчины, что никогда не бьет и не оскорбляет, а тем более не повышает на слабый пол голоса? А такой ли ты хороший, как хочешь казаться? Не придерживаешься здорового образа жизни, куришь мерзкие сигареты от которых задыхаюсь я, и пьешь свой дурацкий каркаде, но при этом одинокий волк, что хотел трахнуть с напарником невинную девушку. А что же из себя представляет Герман? Заядлый любитель здорового образа жизни, любитель выпивать кофе с соль оказался гадкой мразью, вокруг которой вьются женщины, словно он лакомые медовые соты. Стас может оказаться весьма сладким в постели, а может и самым грубым господином, что скрывает свои фетиши за маской приличия, но только за закрытыми дверями и с любимой женщиной, он становится хищником. Он видит цель.

Они думают о ней в моменты пика наивысшего наслаждения будучи в постели с женой. Они думают о ней спуская в огрубевшие ладони сперму от самоудовлетворения.

Эта ночь заставляла меня гореть и сгорать дотла, изнемогая от собственной страсти, и воспоминаний о нем. Чувственный, грубый голос, что все еще отзывался эхом в подсознании, и это жжение между моих ног. Оно такое мне не свойственное. Оно такое для меня чужое. Чувство страсти к чужому мужчине. Не моему мужчине.

За закрытыми дверьми не видно грехов... их лишь слышишь как самый страстный шепот.

Порой на смену горю и тоске приходит странное успокоение, знакомое только тем, в чьей душе пожар страстей гаснет, не находя более пищи.

Страх, который заставлял ее дыхание сбиваться был ей чертовски к лицу. Выражение робкого лица просило одновременно ласки, и порки. История кнута и пряника. Только от кнута она становилась более послушной, чем когда ее нежно целовали, поощряли. Язык ласки был ей недоступным, но она тянулась к неизведанному.

Она понимала, что в ее жизни никогда не будет этого теплого человечка, ибо она не могла иметь детей и из-за этого продолжалась ее затяжная депрессия. Конечно же, есть множество способов исправить проблему, но, увы, девушка хотела все естественное, а остальное могло лишь поддержать ее, как женщину. Она считала, что все эти процедуры схожи с приложениями для техники. Техника вроде хорошая, но устанавливая дополнения, мы как бы усовершенствуем старое и это дико подавляло.