Чужие чувства так утомляют, если нет своих. Приходится быть злой, жестокой, циничной. Чтобы никто не мог причинить боль, приходится самой быть чьей-то болью. Как невыносима мысль о том, что кто-то чего-то ждёт от нас. Нити чужих чувств опутывают. Чужие ожидания всё время «обязывают», это такие тяжёлые цепи.
Разве любовь — это обязанность? Нет, это чувство, и чувство свободное, оно не терпит насилия над собой.
Я ожидала от жизни чего угодно, но только не того, что когда-нибудь мне будет больше сорока.
Кто беден, если его любят? Никто, ни один человек. Я ненавижу
свое богатство. Оно гнетет меня. Пусть он разделит этот гнет со мной.
Когда строку диктует чувство,
Оно на сцену шлет раба,
И тут кончается искусство,
И дышат почва и судьба.
Гидо, ты такой чувствительный, удручённый смертью жены. Ты сожалеешь о бомбах, которые бросал и о людях, которые гибли под ними. Что ещё нужно, чтобы стать человеком? Ты ничего не почувствуешь, всё это всего лишь слова. Ты можешь взорвать всю планету, а потом будешь горевать о её судьбе.
... ты повзрослеешь тогда, когда перестанешь запихивать в любовь все чувства подряд. Близость, зависимость, дружбу, ожидания. Все, что кажется тебе реальностью, ты придумал сам. Научись наслаждаться тем, что есть. Без определений.
Ричард воспринимал своё одиночество, как нечто священное. Как заслуженную медаль почёта. Как плащ, чтобы отгородиться от жизни, как свою безопасность. Одиночество было его сущностью. Это стало причиной появления в его жизни людей, судивших о нём со слегка прикрываемом презрением. Ричард был уверен, что он не нравится другим, что тяжело для мужчины. Возможно от того, что он ничего не давал, он ничего и не получал взамен. В любом случае, это стало невыносимо. Самые тёплые чувства, которые он испытывал к друзьям, были либо воображаемыми, либо вымершими. Ричард дошёл до такой точки в жизни, когда этого уже стало не хватать, и он встретил девушку, она была тёплая, и она была печальная, и она была так одинока, что напомнила ему о самом себе. Она понесла такую утрату, какой никогда ни у кого не должно быть. И она знала кое-что, и научила его этому, и Ричард думал, возможно вот это как – дружить? Может быть… Это был только проблеск, едва ставший реальным, но в эти несколько длинных зимних дней она дала ему так много, что Ричард смог продолжить жить. А что он дал ей? Только несколько слов на листе бумаги. Не так много, возможно, но для Эбби он надеялся, этого было достаточно.
Cлайд с цитатой