Лошадь — отличный компаньон, и ты наверняка продашь её подороже, как и всех своих друзей.
— Что задумал, Кевин? Расскажи, мы же друзья.
— Ты мучил меня.
— Я мучаю всех своих друзей. Этим я выказываю свою любовь. Я вырос в неблагополучном районе.
Лошадь — отличный компаньон, и ты наверняка продашь её подороже, как и всех своих друзей.
— Что задумал, Кевин? Расскажи, мы же друзья.
— Ты мучил меня.
— Я мучаю всех своих друзей. Этим я выказываю свою любовь. Я вырос в неблагополучном районе.
— Слышь, уведи своего дружка, подобру-поздорову.
— Не-не, он мне не друг — он меня бесит.
— Чем ты занят?
— Ничем.
— Я заметил.
— Я не спал, я... я просто нагнулся.
— Искал что-то?
— Да.
— Может мы ищем одно и то же?
— Что?
— Ну, не знаю... Лошадей?!!
А это, конечно, пани Моника. Недавно пан Профессор ей сказал, что она женщина бальзаковского возраста. И теперь она срочно пытается выяснить, сколько же лет этому Бальзаку.
Здорово, что ты — моя подруга. Ведь всякий раз, когда у меня в жизни происходит какая-то лажа, стоит взглянуть на твою, и понимаешь, что всё не так уж и плохо.
Пан Юрек, таксист. Всё время порывается выйти в люди, хотя те ничего плохого ему не сделали.
— Как же вас все-таки занесло сюда? Без лошади, сапог и без шляпы?
— Ну, моя машина... вернее, лошадь — разбилась, медведь съел мои сапоги, а шляпу просто забыл.
— Как можно забыть такую вещь, как шляпа?!
Друзья, если они настоящие друзья, и камня за пазухой не держат, ничего плохого делать не будут. Но! — гном поднял толстый палец, — Как говорят немцы: «Виссен цвай — виссен швайн», что означает, знают двое — знает и свинья. То есть, никогда не знаешь, когда твой друг может сболтнуть лишнего. Пусть он сделает это не специально, по злобе, а случайно, но тебе от этого легче не будет.