Чего ещё хотеть?
Вот тебе рассвет — живи, гори...
Но я не вижу лиц,
Слышу только мысли:
Девять этажей, практически все о тебе.
Чего ещё хотеть?
Вот тебе рассвет — живи, гори...
Но я не вижу лиц,
Слышу только мысли:
Девять этажей, практически все о тебе.
И в конце концов понимаешь, что никто не способен по-настоящему думать ни о ком, даже в часы самых горьких испытаний. Ибо думать по-настоящему о ком-то — значит, думать о нём постоянно, минута за минутой, ничем от этих мыслй не отвлекаясь: ни хлопотами по хозяйству, ни пролетавшей мимо мухой, ни приёмом пиши, ни зудом.
Mысль о самоубийстве — это великое утешение: при поддержке её пережиты многие ужасные ночи.
(Мысль о самоубийстве – сильное утешительное средство: с ней благополучно переживаются иные мрачные ночи.)
Если так вот лежать часами в ночи, то мыслями можно уйти очень далеко, в очень странном направлении, знаешь...
Каждая мысль — как бы легкий удар по куску железа, под которым мы понимаем наше тело, и так это железо постепенно превращается в то, чем мы желаем быть.
Мои помыслы чисты, благи намеренья.
Не иду на поводу отморозков в сквере я.
Редактируй мысли, контролируй речь,
В противном случае, получишь в печень.
Любое мнение мне ценно, любая мысль — на пользу, если это мысль, а не побочное выделение организма.