Я плакал... Эти слёзы распирали меня, распирали изнутри. Душили, давили, жгли. Слёзы страха, слёзы отчаяния, слёзы усталости, опустошённости, беспомощности, а теперь — и слёзы счастья. Слёзы... Я вдруг почувствовал себя счастливым. Я плакал и чувствовал себя счастливым.
Когда он спросил её, почему она плачет, она прикусила губу и сказала, что «со счастливыми женщинами такое иногда случается».
Неважно, в какой точке земного шара находишься, потому что главное — где ты обитаешь в своих мыслях... Там я счастлива.
Вуаль густая, тумана гуще
меня окутай, окутай пуще,
прикрой собою, как друг сердечный
прикрыл бы грудью от пуль беспечно.
иль будь как ангел, как мой хранитель,
что защищает души обитель,
и будь молитвой храни от злого,
храни от пройденного былого.
как спрячешь слезы, умерь печали,
чтоб дни и ночи спокойней стали,
когда защитою успокоишь,
тогда мне счастью лицо откроешь.
... Я был счастлив в то время, потому что знал: пусть мы не вместе, она существует. Само по себе это уже было чудом.
Не бывает совершенно чистого и безоблачного счастья, если его здание воздвигнуто на грубом фундаменте. Всегда есть камни, за которые нет-нет да и зацепишься, как и всегда найдется деталь, которая омрачает жизнь и меняет первоначальный сценарий, созданный с надеждой на светлое будущее.
Он держал меня на руках, прижав к себе, моя голова лежала у него на плече. В эту минуту я его любила. Он был такой же золотистый, милый и нежный, как я сама, и он меня оберегал. Когда его губы нашли мои, я, как и он, задрожала от наслаждения — в нашем поцелуе не было ни угрызений, ни стыда, было только жадное, прерываемое шепотом узнавание. Потом я вырвалась и поплыла к лодке, которую сносило течением. Я окунула лицо в воду, чтобы прийти в себя, освежиться... Вода была зелёная. Меня захлестнуло чувство беззаботного, безоблачного счастья.
Я люблю тебя одну, и тебе придется с этим примириться, даже если ты не собираешься ничего менять в своей жизни. В твоем городе живет человек, который любит тебя и страдает, хочешь ты этого или нет.
Дед учил меня, что реальность, которую мы видим, создана нашим сознанием, что она — фантом, сложная иллюзия, некий мираж. А вот сон — это подлинная реальность. Мы не знаем истинной природы вещей, более того — мы не понимаем себя. Нам только кажется, что мы знаем своё истинное «я», но в действительности это иллюзия. Человек намного сложнее, нежели он сам о себе думает. Но главное — он раздроблен, разделён. Наш сон — это своеобразный спектакль, в котором все роли поделены между нашими составными частями. И только если человеку удается установить подлинные связи между элементами своего сна, он узнает своё «я».
Счастье не подчиняется ни железным установкам, ни железобетонным правилам. Оно живое, понимаешь?
Cлайд с цитатой