Мы учим детей очень патриотической американской истории. А на самом деле это приукрашенная «рождественская» история, далёкая от сложных и противоречивых реалий прошлого. Взять, к примеру, взаимоотношения с коренным населением Америки — индейцами. Как это ни обидно, но надо признать, что первые этнические чистки «именем Закона» проходили на американской земле! Тысячи индейцев были изгнаны со своих земель при президенте Джексоне…
Может, главная мудрость, которой люди учатся у Истории, и заключается в горьком вопросе: «Кто же тогда мог знать, что всё так обернётся?»
Они наступают — мы наступаем. Мы отважно сражаемся, чтобы увидеть проблеск света в этой нескончаемой войне... хоть на мгновение. Война — это целый мир, а мир охвачен войной, где за каждым прицелом стоит человек. И эти люди — мы. Прожжённые жизнью и наивные, честные и преступники. Мы созданы для легенд, но не войдём в историю. Мы — небесные рыцари. Мы — пустынные призраки. Мы — траншейные крысы. И это наши истории.
Уходи и не возвращайся. Но не забывай про нас. Расскажи историю об этих призраках своим детям. Так мы будем жить вечно, восьмидесятые не умрут.
Восстаний век и полководцев славных,
Век бунтующих крестьян-рабов,
Сегодня же век искушений разных,
Не требующих цепи и оков.
Для Америки Россия слишком слаба, чтобы быть ее партнером, но, как и прежде, слишком сильна, чтобы быть просто ее пациентом.
Эта сцена, она как метафора современной Америки. Посмотрите: наша экономика еле шевелится, задыхается и из последних сил цепляется за свою жизнь, в точности как Ларри Кинг. Разница в том, что с Ларри у нас никогда не кончится газ. Мы построили нашу страну благодаря великому духу предпринимательства, этот дух демонстрирует Снуп Дог, сделавший своё состояние на продаже наркотиков и преступлениях, чем он очень гордится.
Но как же расти истории? «Рассвет христианства» и бывал всегда во вспышках... но только едино «вспышках» то «нищенства», то «мученичества», то, наконец, инквизиции. Христиане, наконец, сами себя начали жечь, — жечь «еретиков», жечь философов, мудрецов... Джиордано Бруно. Кальвин сжёг своего друга Сервета, — единственно за то, что он был «libertin», — человек свободного (вообще) образа жизни и нестеснённой жизни. А он был друг его!
Сто топоров за поясом. Лес рубим, щепки летят. Пни выкорчевали. Поле чисто. Надо засевать. А за поясом только сто топоров.
(наша история)
Cлайд с цитатой