Патерсон (Paterson)

Другие цитаты по теме

В нашем доме много спичек

Мы всегда держим их под рукой

Сейчас наша любимая марка

«Ohio Blue Tip»

Хотя раньше мы выбирали «Diamond»

До того

Как открыли «Ohio Blue Tip»

Они лежат

В прочных коробках

С белыми, синими и голубыми наклейками

И слова написаны

В форме мегафона

Словно громко кричат

Вот лучшие спички в мире

Полтора дюйма из мягкой сосны

Венчается тёмно-фиолетовой головкой

И будь ты трезв или мертвецки пьян

Они вспыхнут ярким пламенем

И зажгут сигарету любимой женщины

Первый раз

Который никогда не повторится

Это всё, что я отдаю тебе

Это всё, что ты отдаёшь мне

Будь я спичкой, а ты сигаретой

Будь сигаретой я, а ты спичкой

Мы пылаем поцелуями, дымом улетая в небо

We have plenty of matches in our house

We keep them on hand always

Currently our favourite brand

Is Ohio Blue Tip

Though we used to prefer Diamond Brand

That was before we discovered

Ohio Blue Tip matches

They are excellently packaged

Sturdy little boxes

With dark and light blue and white labels

With words lettered

In the shape of a megaphone

As if to say even louder to the world

Here is the most beautiful match in the world

It’s one-and-a-half-inch soft pine stem

Capped by a grainy dark purple head

So sober and furious and stubbornly ready

To burst into flame

Lighting, perhaps the cigarette of the woman you love

For the first time

And it was never really the same after that

All this will we give you

That is what you gave me

I become the cigarette and you the match

Or I the match and you the cigarette

Blazing with kisses that smoulder towards heaven

Я прохожу через

миллиарды молекул

что расходятся

уступая путь мне

а по сторонам

ещё с миллиард

на месте стоят.

Дворники

начинают скрипеть.

Дождь перестал.

И я встал.

На углу

мальчик

в жёлтом дождевике

мать держит за руку.

Во веки веков не отнимут свободы

У горных вершин и стремительных рек,

Свободны Арагвы и Терека воды,

Свободен Дарьял и могучий Казбек.

И облако в небе не знает границы,

В горах о свободе не грезят орлы,

Туман без приказа в ущельях клубится,

И молния бьёт без приказа из мглы.

От волненья дрожу, будто все в первый раз.

Я во мраке ищу блеск твоих черных глаз.

Для них она Богиня всего женственного, всего самого недоступного, всего самого порочного.

Загляните жертве в глаза, хотя бы на фото. Не важно, живые они или мертвые, их можно прочесть. И знаете, что там? Они рады смерти. Не сразу, нет, в последний миг. Они рады облегчению, потому что они боялись, а потом впервые увидели, как же легко покончить со страхом. Они увидели, увидели в последнюю долю секунды, кем они были. Увидели, что сами разыграли всю драму, которая была всего лишь жалкой смесью высокомерия и безволия. Но с этим можно покончить. Понять, что не стоило так держаться за жизнь. Осознать, что вся твоя жизнь, вся любовь, ненависть, память и боль — все это одно и то же, все это — один сон. Сон, который ты видел в «запертой комнате». Сон о том, что ты был... человеком.

Всякая социальная доктрина, разрушающая семью, негодна и, кроме того, неприменима. Семья — это кристалл общества.

Мужчина встал. Из кулака его выскользнуло узкое белое лезвие. Тотчас же капитан почувствовал себя большим и мягким. Пропали разом запахи и краски. Погасли все огни. Ощущения жизни, смерти, конца, распада сузились до предела. Они разместились на груди под тонкой сорочкой. Слились в ослепительно белую полоску ножа.

Есть кое-что удивительное в музыке: есть песня для любой эмоции. Можете представить себе мир без музыки? Это было бы ужасно.

А в Октябре на братский зов,

Накинув мой бушлат,

Ты шла с отрядом моряков

В голодный Петроград.

И там, у Зимнего дворца,

Сквозь пушек торжество,

Я не видал еще лица

Прекрасней твоего!

Я отдаю рукам твоим

Штурвал простого дня.

Простимся, милая!

С другим

Не позабудь меня.

Во имя правды до конца,

На вечные века

Вошли, как жизнь, как свет, в сердца

Слова с броневика.

В судьбу вплелась отныне нить

Сурового пути.

Мне не тебя, а жизнь любить!

Ты, легкая, прости...