My litle pumpkin
I like to think about gerls somtimes,
But the truth is
If you ever left me
I'd tear my heart out
And never put it back
There'll never be anyone like you
How emberrassing.
My litle pumpkin
I like to think about gerls somtimes,
But the truth is
If you ever left me
I'd tear my heart out
And never put it back
There'll never be anyone like you
How emberrassing.
В нашем доме много спичек
Мы всегда держим их под рукой
Сейчас наша любимая марка
«Ohio Blue Tip»
Хотя раньше мы выбирали «Diamond»
До того
Как открыли «Ohio Blue Tip»
Они лежат
В прочных коробках
С белыми, синими и голубыми наклейками
И слова написаны
В форме мегафона
Словно громко кричат
Вот лучшие спички в мире
Полтора дюйма из мягкой сосны
Венчается тёмно-фиолетовой головкой
И будь ты трезв или мертвецки пьян
Они вспыхнут ярким пламенем
И зажгут сигарету любимой женщины
Первый раз
Который никогда не повторится
Это всё, что я отдаю тебе
Это всё, что ты отдаёшь мне
Будь я спичкой, а ты сигаретой
Будь сигаретой я, а ты спичкой
Мы пылаем поцелуями, дымом улетая в небо
We have plenty of matches in our house
We keep them on hand always
Currently our favourite brand
Is Ohio Blue Tip
Though we used to prefer Diamond Brand
That was before we discovered
Ohio Blue Tip matches
They are excellently packaged
Sturdy little boxes
With dark and light blue and white labels
With words lettered
In the shape of a megaphone
As if to say even louder to the world
Here is the most beautiful match in the world
It’s one-and-a-half-inch soft pine stem
Capped by a grainy dark purple head
So sober and furious and stubbornly ready
To burst into flame
Lighting, perhaps the cigarette of the woman you love
For the first time
And it was never really the same after that
All this will we give you
That is what you gave me
I become the cigarette and you the match
Or I the match and you the cigarette
Blazing with kisses that smoulder towards heaven
Я прохожу через
миллиарды молекул
что расходятся
уступая путь мне
а по сторонам
ещё с миллиард
на месте стоят.
Дворники
начинают скрипеть.
Дождь перестал.
И я встал.
На углу
мальчик
в жёлтом дождевике
мать держит за руку.
Туман укрыл
деревья на равнине,
вздымает ветер
тёмных волн
поток...
Поблекли краски,
яркие доныне,
свежее стал
вечерний холодок...
Забили барабаны,
И поспешно
Смолк птичий гам
у крепостного рва...
Я вспомнил пир,
когда по лютне нежной
атласные
скользили рукава...
«Я здесь...». Произносишь ты эти два простых коротких слова, в которых заключается вся моя жизнь. И становится неважным, насколько долгою и сложною она была до тебя, к тебе.
«Не бойся. Я рядом...». Шепчешь ты мне и обнимаешь, надежно укрывая в своих объятьях. Ночной кошмар уходит, а ты ласково посмеиваешься над моими страхами, укрепляя чувство бесстрашия.
Догадываешься ли ты, чего я боюсь больше всего?..
Я прижимаюсь к тебе, накручивая темную прядь любимых кудрей на палец, ощущая безотчетное смирение перед твоей совершенной женской властью...
You're the keeper of the seven keys
That lock up the seven seas.
And the seer of visions sais before he went blind
Hide them from demons and rescue mankind
Or the world we're all in will soon be sold
To the thone of the evil paid with Lucifer's gold...
Голубка моя,
Умчимся в края,
Где всё, как и ты, совершенство,
И будем мы там
Делить пополам
И жизнь, и любовь, и блаженство.
Из влажных завес
Туманных небес
Там солнце задумчиво блещет,
Как эти глаза,
Где жемчуг-слеза,
Слеза упоенья трепещет.
Это мир таинственной мечты,
Неги, ласк, любви и красоты.
Взгляни на канал,
Где флот задремал:
Туда, как залётная стая,
Свой груз корабли
От края земли
Несут для тебя, дорогая.
Дома и залив
Вечерний отлив
Одел гиацинтами пышно.
И тёплой волной,
Как дождь золотой,
Лучи он роняет неслышно.
Это мир таинственной мечты,
Неги, ласк, любви и красоты.
Любовь через сердца наводит чувств мосты.
Я на одном краю моста стою, а на другом своею красотой блистаешь ты...
Я — ветер, веющий над морем...
Я — рокот волн...
Я — первый солнца луч…
Я властен облик свой менять, как боги.
Я — бард, которого лихие мореходы призвали прорицание изречь.
Да не узнает отдыха копье, свершающее месть за наши раны.
Я предрекаю нам победу...
Не стыдись быть любимым. Я ничего не прошу, только позволь мне любить тебя, играть еще одну ночь на пианино, если у меня хватит на это сил. А за это я прошу тебя только об одном: если услышишь, как кто-нибудь станет говорить, что я умираю, иди прямо в мою палату. Позволь мне осуществить моё желание.