Любой ковер, пусть за много тысяч долларов, не ласкает так ногу человека, как упругая густая трава лужайки.
Из десяти тысяч женщин, в которых я влюблялся, все десять тысяч знали это еще до того, как я сам понимал.
Любой ковер, пусть за много тысяч долларов, не ласкает так ногу человека, как упругая густая трава лужайки.
Из десяти тысяч женщин, в которых я влюблялся, все десять тысяч знали это еще до того, как я сам понимал.
Статистика гласит, что семьдесят четыре процента жён вскрывают письма, адресованные мужьям, и не обязательно над кипящим чайником.
Джулия объяснила, что в мире не существует хороших мужей, потому что нет хороших жён, и наоборот.
Он был настроен очень даже дружелюбно — как человек, у которого кончился бензин в безлюдном месте, и вдруг мимо проезжает автомобиль.
Вид у него был встревоженный и одновременно весёлый, будто ему только что рассказали забавную историю, но у него болит зуб.
На каждом стебельке травы дрожали жемчужные капли росы, а жёлтые листья на чёрных дубах горели, как золотые монеты.