Тёмный дворецкий (Kuroshitsuji)

Другие цитаты по теме

Госпожа Элизабет. Готов поклясться, ваша сила достойна восхищения. Для человека... я хочу сказать.

У меня на глазах умирали на поле битвы многие сотни людей, да и сам я убил стольких, что лучше и не вспоминать, но все это было в честном бою, при исполнении воинского долга. Совсем другое дело — слышать, как человек принимает смерть в логове убийц.

Смерть — это болезнь, и есть лекарство; и я его найду.

Нет (…) Я ничего не забираю. Я только беру за руку. Чтобы никто не был в такую минуту одинок.

Жизнь — тюрьма, смерть — освобождение.

Любовь и смерть имели такую природу, что заниматься ими понарошку было невозможно. Не играло роли, верят ли участники процедуры в то, чем заняты, — важно было, что это действительно с ними происходит. Спариваться и умирать можно было только всерьез, хоть в домашнем уединении, хоть перед сотней камер на арене.

Это наша смерть. Мы сами её выбрали и лишаем тебя твоей победы.

Я, конечно, помру, хоть об этом

говорить ещё рано пока,

но останусь я всё-таки светом

на года, а быть может, века.

Смерть никогда не прощается, она говорит — здравствуй!