Нет ничего более безнадежного, чем развлечение по плану.
Парижские бездельники развлекались по-своему. Граф де Шароле подстрелил мирного жителя, стоявшего на пороге своего дома. Молодость любит повеселиться.
Нет ничего более безнадежного, чем развлечение по плану.
Парижские бездельники развлекались по-своему. Граф де Шароле подстрелил мирного жителя, стоявшего на пороге своего дома. Молодость любит повеселиться.
Я хочу быть стеной
В чёрством мире, где всё понятно.
Что ты сделал со мной?
Верни всё обратно.
Я могла провести с Мейджером столько ночей, но сидела дома и училась. Дни, в которые я могла впитывать суть самой жизни, я провела, планируя жизнь, которой у меня никогда не будет. Что-то во мне было мертво задолго до того, как стать зомби. Так, может быть, что-то во мне пробуждается к жизни? Пусть даже сама я мертва.
– Ты выбрался!
– Да, с трудом! Какой план?
– Украсть лошадь и попасть в Охоту.
– Ты шутишь, верно? Я прошёл через всё это, чтобы тебя не забрали!
— ... Люди любят снег. Ты когда-нибудь лепил снеговика, Мара? Играл в снежки? Ловил снежинку ртом и чувствовал, как она тает?
— Это бессмысленно, — насмешливо сказал Мара.
Доктор усмехнулся в ответ:
— Бессмысленно! Верно. Вы всегда это говорите. Вы, одержимые властью тираны, желающие лишь завоевать и уничтожить. Любая мелочь, любое веселье для вас бессмысленно.
Именно... безумный план и должен удаться. Великие люди в истории не раз делали вещи, которые поначалу всем казались чистым безумием.
О братья, в мире все дела — сон и обман!
Где господа, князья, царя, султан и хан?
Строй крепость, город, иль дворец, иль бранный стан
Все ж будет под землей приют навеки дан.
Разумен будь, Нагаш, презри грехов дурман,
Не верь, что сбережешь добро: оно — туман;
Стрелами полный, смерть для всех несет колчан,
Всем будет под землей приют навеки дан.
Мир вероломен, он добра нам не сулит;
Веселье длится день, потом вновь скорбь и стыд.
Не верь же миру, он всегда обман таит,
Он обещает, но дает лишь желчь обид.
Тех, обещая им покой, всю жизнь томит;
Тех, обещав богатство им, нуждой язвит, -
И счастье предлагает всем, ах, лишь на вид,
Уводит в море нас, где бездн злой зев раскрыт.
Проходят дни; вдруг смертный день наводит страх,
И света солнца ты лишен, несчастен, наг.
Ах, отроки! Ваш будет лик — истлевший прах,
Пройдете вы, как летний сон в ночных мечтах.
Знай, раб, что и твоя любовь — лишь тень во днях.
Не возлюбляй же ты мирских минутных благ.
Не собирай земных богатств, с огнем в очах:
Одет и сыт? Доволен будь! Иное — прах!
Трудись и доброе твори, бедняк Нагаш!
Свои заветы чти: другим пример ты дашь!
Поток греха тебя, пловца, унес, — куда ж?
И, благ ища, стал не добра, но зла ты страж!