We never quite thought, we could lose it all.
В том-то и прелесть жизни, что всегда не все потеряно.
We never quite thought, we could lose it all.
— Да. У меня больше ничего не осталось. Я потерял всех.
— Потеряли? Вы так забавно себя жалеете. Вы никого не теряли — у вас с самого начала ничего не было.
Утрат искусство очень простовато.
Большое множество вещей
Мечтало потерянными быть,
Что их легка утрата.
терять старайся каждый день,
Не упивайся, если ключ пропал.
Я теряла города, теряла реки, целый континент,
Мне жаль их, но была легка утрата.
И даже потерять тебя,
Твои черты и голос твой,
Все это, мой любимый,
Я готова потерять.
Утрат искусство простовато,
Хоть порой и кажется
Чудовищной утрата.
Falling too fast to prepare for this
Tripping in the world could be dangerous
Everybody circling is vulturous
Negative, nepotist
Everybody waiting for the fall of man
Everybody praying for the end of times
Everybody hoping they could be the one
I was born to run, I was born for this...
— Ты одурманил меня! Заставил меня... Лоис... мой сын...
— Сначала Криптон, потом Метрополис... Куда ни посмотри, а дорогие тебе люди рано или поздно взрываются.
Все мы отступаем, машем рукой, или киваем, или посылаем воздушный поцелуй, все мы бледнеем, меркнем, съеживаемся. Жизнь – это сплошная утрата, все мы теряли отца, мать, молодость, волосы, красоту, зубы, друзей, любовь, форму, рассудок, жизнь. Теряем, теряем и теряем. Пожалуйста, заберите жизнь. Слишком она сложная штука, слишком тяжелая. У нас ни черта не выходит. Давайте мы попробуем что-нибудь другое. Уберите жизнь с прилавков. Подальше, в долгий ящик. Она чертовски сложная штука, и ни хрена у нас не выходит
— Что произошло с другими людьми, которые путешествовали с тобой?
— Некоторые оставили меня, некоторых оставил я, и некоторые, немногие, но некоторые погибли.
Конец твоего мира приходит не так, как на великом произведении искусства. Его приносит с собой местный паренёк – рассыльный из почтового отделения, который вручает тебе радиограмму и говорит: «Распишитесь, пожалуйста, вот здесь на отрывном корешке. Мы очень сожалеем, мистер Том».